Подписаться
Деловой квартал / Новости / «На свой «ВЕК» хватит». Бизнес-история Евгения Корбута
«На свой «ВЕК» хватит». Бизнес-история Евгения Корбута
Автор фото: Игорь Черепанов. Источник: DK.RU

«На свой «ВЕК» хватит». Бизнес-история Евгения Корбута

Самое читаемое
  • Олег Тиньков: «Я управляю людьми куда более умными, чем я. Быть лидером очень прикольно» Олег Тиньков: «Я управляю людьми куда более умными, чем я. Быть лидером очень прикольно»
  • «Он постоянно вам врет». Как наш мозг «ломается» от самых привычных вещей «Он постоянно вам врет». Как наш мозг «ломается» от самых привычных вещей
  • «Могут и в баре станцевать» Почему бизнес больше не сможет игнорировать старшее поколение «Могут и в баре станцевать» Почему бизнес больше не сможет игнорировать старшее поколение
  • На этом и погорели. Как интуиция вредит собственникам лучших бизнесов На этом и погорели. Как интуиция вредит собственникам лучших бизнесов
  • Сбербанк продает свой головной офис. Он заберет два недостроенных небоскреба за долги Сбербанк продает свой головной офис. Он заберет два недостроенных небоскреба за долги
13:25   10.04.2015

Покупатели продукции фирмы «ВЕК» — спортивные туристы. Это 1% населения, подсчитал Евгений Корбут, директор «ВЕКа». Он и сам — профессиональный турист. И построил бизнес на хобби еще в начале 90-х гг.

Портал DK.RU представляет спецпроект «Сделано в Екатеринбурге» — цикл публикаций о знаковых персонах и компаниях, ставших брендами города. Все герои этого проекта начинали свою деятельность в Екатеринбурге и шагнули далеко за пределы Урала. В очередном выпуске — бизнес-история Евгения Корбута, основателя и директора фирмы «ВЕК».

Я родился в семье спецпереселенцев. Бабушка и дедушка в 30-е гг. были сосланы под Свердловск — в поселок Исток, подсобное хозяйство НКВД. В 60-е на его базе создали институт сельского хозяйства — УралНИИСХоз. Мама вела научную работу, занималась селекционированием сортов овощей, папа — преподавал в школе. Я помогал по хозяйству, работал на грядках и в теплицах, но в целом был предоставлен самому себе. Близость к природе сформировала во мне особое чувство свободы — несмотря даже на печальное прошлое самого поселка. Это ощущение свободы прошло красной чертой через всю мою жизнь. Наверное, поэтому мне удалось превратить хобби в бизнес. Туризм стал делом моей жизни и сформировал меня как руководителя: понимание целей, соблюдение правил, последовательность действий и работа в сплоченном коллективе — все это неизбежно приводит к успеху. Неважно, идешь ли ты в пеший поход пятой категории сложности или реализуешь бизнес-план.

Как армия до кройки и шитья довела

В конце 70-х гг. я собирался связать свою жизнь с радиотехникой. В то время было очень популярно играть на гитаре. С дворовыми парнями мы сколотили «банду». Каждый делился своими знаниями: например, я окончил музыкальную школу по классу фортепиано и помогал с нотной грамотой. А друг умел паять и знал, где достать радиодетали — так мы затеяли электрификацию наших гитар. Намотали звукосниматели, спаяли какие-то платы, выпилили колонки, нашли для них динамики — полная самодеятельность, но это работало! Выбор был сделан — я решил поступать на радиофак УПИ.

Но с первого раза поступить не получилось — в 1978 г. меня призвали в армию. Служил в Чите во внутренних войсках. Ну а куда еще могли «пристроить» мальчика без спортивной подготовки, да к тому же в очках в пол-лица с толстыми линзами? Судьба сыграла шутку — все два года я служил в духовом военном оркестре, играл на кларнете. А потом начальники решили оркестр коммерциализировать: так появился вокально-инструментальный ансамбль, который приглашали поиграть для «гражданских» — на похоронах и танцах. Кларнет я поменял на саксофон.

В СССР молодые люди, отслужившие в армии, имели преимущества при поступлении в учебные заведения. Демобилизовавшись, я взял сразу два направления — в музучилище им. Чайковского на факультет духовых инструментов и на радиофак УПИ. Стоял на распутье: с одной стороны, от прежних планов отказываться не хотелось, а с другой — я посвятил два года музыке и хотел продолжать совершенствовать свою игру. Меня рассудил преподавать музучилища. Выслушав мое выступление, он резюмировал: «Вижу, играть вы научились. Что же вы еще хотите? Выбиться в звезды? Это получается у единиц. Остальных музыкантов жизнь не балует. Идите в УПИ, получайте нормальное образование — инженеры востребованы всегда». Этот совет отрезвил меня — в 1981 г. я поступил на радиофак.

УПИ в то время — это не только мощная профессиональная подготовка, но и богатая общественная жизнь. Стройотряды, «картошка», КВН и прочие капустники — во всем я стал принимать участие, стал бойцом стройотряда «Вега». На втором курсе впервые в жизни сходил в поход. А начиналось все просто: девчонки из туристического клуба «Романтик» задумали пеший поход по Южному Уралу. В прокате они взяли большой тяжелый брезентовый шатер, а меня привлекли в качестве «шерпа». Это изменило мою жизнь — я «заболел» туризмом. Вообще, понятие «турист» настолько размыто, что обыватель и сегодня называет туристом любого человека, пьющего в лесу водку. На самом деле ничего общего — я занимаюсь спортивными достижениями в области туризма.

Туристы — большие карьеристы: походы бывают ближние и дальние, горные и пешеходные, лыжные и велосипедные, и т.д. — всего пять категорий сложности. Успешно пройденный маршрут позволяет перейти к следующей категории сложности, а опытные туристы становятся руководителями групп. Все маршруты давно известны и описаны — я составил себе план действий, на пятнадцать лет вперед. Уже тогда я начал сам шить снаряжение — одежду, рюкзаки, палатки. В советских магазинах ничего этого не было. Даже ткани приходилось покупать по большому блату.

Окончив УПИ в 1986 г., по распределению попал на Свердловский завод точной механики. Не проработав и года, судьба сыграла со мной очередную шутку — меня второй раз призвали в армию на два года. Полное нарушение всех правил! Но в военкомате был большой недобор призывников — его «закрывали» как могли. С момента подачи моего рапорта о том, что меня призвали неправильно, до его рассмотрения прошло более 1,5 лет.

Полк связи располагался напротив телецентра на ул. Луначарского: я служил офицером и в часть ходил как на работу. Сначала смирился и терпеливо ждал, когда мой рапорт рассмотрят. Самовольно оставить службу не мог — уголовное дело! Впрочем, спустя год это меня уже не останавливало. Однажды я решил, что больше не вернусь в часть — и остался дома. Стал шить рюкзаки и туристическое снаряжение на продажу — заказчики из турклубов выстроились в очередь. Эта ситуация и стала отправной точкой для моего бизнеса. В 1989 г. я продал самый первый рюкзак, и в этот момент, получив за свою работу деньги, стал предпринимателем.

Туристический дефицит

Еще во время своей домашней «ссылки», в 1989 г., я сконструировал несколько десятков моделей рюкзаков — в последствие в 90-е гг. я запатентовал их как изобретения в области рюкзакостроения. А тогда, под занавес перестройки, я объездил многие швейные предприятия Свердловска, предлагая начать производство рюкзаков по моим чертежам, — тщетно. На завод возвращаться не стал, промышленность уже посыпалась — перспективы были неясны. Около года мотался по разным кооперативам. Например, поработал в «Оленьих ручьях»: тогда локальный туризм только-только начал развиваться, появились первые экскурсии по заповеднику — шили для туристов рюкзаки небольшими партиями, а мне хотелось наладить серийное производство.

Я начал производство снаряжения в качестве конструктора, технолога, швеи и закройщика одновременно. Стартовый капитал не требовался. Фактически все уже было готово — модели рюкзаков придуманы, технология кроя и шитья прописана. Не требовалось ни оборудования, ни помещений — все шилось на домашних машинках швеями-надомницами. Все вырученные деньги я вкладывал в производство — как в старой сказке: был у сапожника кусок кожи, сшил он сапоги — продал, купил два куска кожи…

Заказы росли — магазины с удовольствием брали товар на реализацию, и товар не залеживался на полках. В Екатеринбурге в начале 90-х гг. на каждом углу можно было купить иностранное пиво или жвачку, но качественное снаряжение и экипировка продолжали оставаться дефицитом. В 1992 г. я закупил первую промышленную швейную машину и арендовал помещение — подвальчик на перекрестке ул. Белинского — Декабристов. В то же время я искал красивое название, соответствующее тематике бизнеса, но подходящее так и не нашел — решил, что придумаю позже. А для юрлица использовал первые буквы своих фамилии, имени и отчества, но написанные наоборот. 21 октября получил свидетельство о регистрации — ООО «ВЕК». Название так и не поменяли — прижилось. Нет ничего постояннее, чем временное.

Сначала в «ВЕКе» работал почти весь состав туристического клуба УПИ «Романтик». А кого еще я мог привлечь для пошива экипировки, как не опытных туристов — думал я. Но выяснилось, что не все могут работать на производстве: для того, чтобы шить рюкзаки, не нужно быть туристом — нужно быть профессиональной швеей. Коллектив менялся. Парадокс: но именно туризм сформировал меня как руководителя — управление группой туристов в походе мало чем отличается от управления предприятием. Ты — руководитель, и именно от тебя зависит, дойдет ли группа до конца или нет. Читай: будет ли успешным твое предприятие или влезет в долги и обанкротится.

От разовых партий и реализации в магазинах мы пришли к корпоративным заказам — начали шить экипировку для армии и МЧС, для СОБРов и ЧОПов, для экспедиций геологов и детских туристических лагерей, и т.д. К середине 90-х гг. сами того не желая, мы стали законодателям моды в своей области. Индикатором стало большое количество подражателей и подделок — значит, продукция востребована.

Собственное розничное направление выросло из запросов клиентов. Все чаще заказчики просили нас продавать одним пакетом и наши издания, и сопутствующую атрибутику — веревки, карабины и т.д. Прайс привлеченного товара стал расти, а стол заказов в нашем подвальчике перестал вмещать покупателей. Иногда набивалось столько народу, что очередь выходила наружу. Первый магазин мы открыли на ул. Машинной (далеко не первая торговая линия, но для нашей тематики это и не важно), второй — на пр. Космонавтов.

Все 90-е и в первой половине 2000-х гг. «ВЕК» процветал — девальвации 1998 г. мы просто не заметили. Это было эволюционное развитие: появился участок «тяжелой швейки» — стали шить тенты для КАМАЗов, шатры для летних кафе, кофры для медицинского оборудования. Освоили трикотаж — запустили линейку собственного термобелья. Появился механический цех — начали выпускать походные котлы, туристические печки, ковшики для бани. Были и экзотические заказы: ремонт воздушных шаров или пошив тапочек для слонов из цирка.

В 2005 г. к рознице добавился еще и прокат снаряжения, а с ним и целое направление корпоративного туризма. Мы не только сдавали экипировку в прокат, но и устанавливали палаточные городки под заказ (представляете, вывезти на природу 250 сотрудников — столько ни одна турбаза не вместит!), а также организовывали походы и сплавы на катамаранах.

До 2008 г. мы физически могли выполнить только 70% заказов, остальным клиентам отказывали. Чтобы расширить производство в два раза, финансовых и других усилий надо приложить в 3-4 раза больше. Опыт привлечения субподрядчиков ничего не дал — качество значительно уступало оригинальному «ВЕКу», кроме того, контрпартнеры стали «пиратить» наши модели. Кризис 2008-2009 гг. изменил многое.

Розница вывезла в кризис

До 2008 г. у нас было 3,5 тыс. постоянных заказчиков, через год — в два раза меньше. Снижение продолжилось и дальше. Исчезли государственные заказчики, а те, что остались, перешли на тендерную систему. Корпоративный туризм сошел на нет. О планах по территориальной экспансии пришлось забыть — запущенный в Ревде магазин за год не смог себя окупить и был закрыт. Но розничная сеть в Екатеринбурге продолжала приносить прибыль. Впервые розница стала приносить доходов больше, чем заказчики снаряжения и одежды.

Как только экономика падает, потребительский спрос тоже, а также резко меняется в сторону уменьшения цены. Конкурировать с китайскими дешевыми товарами «ВЕК» не может: мы не продаем ширпотреб за три копейки, и никогда не специализировались на товарах для обывателей.

Новые экономические условия заставили нас пересмотреть приоритеты. С оптовыми компаниями мы традиционно не работали. Но в кризис именно оптовики оставались на плаву, обеспечивая товаром торговые сети, которые тоже процветали. Так, мы вышли в розницу Москвы, Петербурга, Ижевска, Перми.

Мне кажется, кризис 2014-2015 гг. производственники переживут легче, чем простые «перепродажники». На это есть объективные причины. Во-первых, мы не закупаем готовую продукцию. Рост стоимости комплектующих (пусть даже в 2-3 раза) добавляет к нашему ценнику не более 15-25% — для покупателей некритично. Кроме того, мы не подняли цены на продукцию прошлого года (товарные остатки), в результате привлекли новых покупателей, в том числе из интернета. Во-вторых, на нас стали обращать внимание не только оптовики, но и розничные сети. Пробивают почву на будущее — закупать товар за рубежом по текущему курсу им становится невыгодно, а старые запасы тают.

Меня нисколько не смущает, что за 23 года моя компания не выросла в большую корпорацию. Я создавал бизнес не для того, чтобы только делать деньги. Я видел множество примеров, когда бизнесмены выгорали уже к сорока годам, а к 50-ти — инфаркты и инсульты… За внешней оболочкой «красивой жизни» таких людей скрывается грызня с партнерами из-за перераспределения прибыли, страх задолжать кредиторам, недоверие к наемным топ-менеджерам, которые могут оказаться засланными казачками конкурентов. Я же всегда предпочитал свободу. Для меня гораздо важнее иметь возможность ходить в спортивные походы на 30-40 дней и проходить без мотора на своих ногах по 1400 км. А на привалах думать о бизнесе глобально — не зацикливаясь на сиюминутных проблемах.

Читайте также:

«В роли риэлтора». Бизнес-история Евгения Новосёлова, ГК «Новосёл»

Если бы не развал CCCР, актер Евгений Новосёлов вряд ли бы стал риэлтором. Если бы не кризис 1998 г., не было бы компании «Новосёл». Да и сам «Новосёл» едва не получил название «33 квадратных метра».

«В поисках новых рынков». История компании «СКБ Контур»

Какую роль в истории «СКБ Контур» сыграл первый советский миллионер Артем Тарасов. Зачем в начале 90-х гг. компания издавала фантастические романы. Почему логотип Артемия Лебедева отправили в корзину.

 

Автор: Сергей Дружинин
Система Orphus
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter.
Публикации по теме
Стать партнером

Материалы партнеров

Новости

Теракт в Керчи: в крымском колледже произошел взрыв. Погибли 18 человек, пострадали 50 Теракт в Керчи: в крымском колледже произошел взрыв. Погибли 18 человек, пострадали 50
«Возможен рост ставок до 12% и выше». Пик выдачи ипотеки в России пройден: что дальше?
Пенсия им ни к чему? Молодежь в России все меньше может и хочет работать официально
Изъяли вклады: россияне перекладывают деньги из банков в недвижимость
До конца заявочной кампании Russian Hospitality Awards 2018 осталась одна неделя
Слухи о закрытии издания «Бизнес и Жизнь» не подтвердились. Что происходит на самом деле?
«Пережиток прошлого». Греф заявил о ненужности матшкол и будущем избытке программистов

Бизнес

Кто станет «Политиком года»? Претенденты определены. Интрига будет раскрыта через месяц Кто станет «Политиком года»? Претенденты определены. Интрига будет раскрыта через месяц
Олег Логвинов: «Я уверен, это не последний наш совместный проект с Александром Удодовым»
«Вложили сотни тысяч в рекламу инновационного продукта — получили два звонка от бабушек»
Нет дыма без огня. Зачем табачному гиганту отказываться от сигарет
Меняется само понятие «элитный товар». Как на кризисном рынке продавать дорогие квартиры?
Есть недвижимость за рубежом? Как из-за штрафов не лишиться средств от ее продажи
Как выбирают «Человека года — 2018». Список экспертов и номинаций

Свое дело

Непотопляемые костюмы поедут с Урала в Европу. Как понравиться Путину, армии и иностранцам Непотопляемые костюмы поедут с Урала в Европу. Как понравиться Путину, армии и иностранцам
«Лучшие покупатели франшизы — женщины. Они готовы терпеть и самое главное — подчиняться»
«Проблем много». Как завод с Урала стал снабжать губками для обуви всю Россию / ОПЫТ
«Я был загнан в угол. Выход один — уйти из посредников и встать в начало пищевой цепочки»
«19 человек из 25 ничего не делали, пока их не пнули». Правда о работе с франчайзи / КЕЙС
Прибыльный бизнес на конкурентном рынке без денег и бизнес-образования? Пожалуйста!
«Пока что я шарлатан». Как чайный гуру стал лечить бизнесменов от депрессии и аллергии

Качество жизни

«Не хочу, чтобы ребенок стал винтиком в системе». Зачем родители забирают детей из школ «Не хочу, чтобы ребенок стал винтиком в системе». Зачем родители забирают детей из школ
«Могут и в баре станцевать» Почему бизнес больше не сможет игнорировать старшее поколение
«В России мы тупо зарабатываем деньги». Что думают предприниматели о жизни за границей?
Петр Мультатули: «Если бы не 1917-й, мы бы получили великую страну с великим будущим»
Из детей-транжир вырастают банкроты. Как воспитать рационального потребителя?
«Когда в город приезжал известный коуч, в психиатрическом отделении готовили койки»
«Тренер кричит? — Радуйся!» Экс-волейболистка «Уралочки» об изнанке детского спорта

Мнения

На этом и погорели. Как интуиция вредит собственникам лучших бизнесов На этом и погорели. Как интуиция вредит собственникам лучших бизнесов
«Ресторатор платил подчиненным зарплату выше рынка — в итоге это было удручающее зрелище»
«Хочешь быть орлом — летай с орлами». 3 простых условия для постоянного роста заработка
«Эта мировая дребедень с отказом от доллара напоминает неблагодарных детей в пубертате»
«Не нужно дружить с говнюками!». Как договориться с партнерами по бизнесу — Антон Писчиков
«Традиционный бизнес в России — это тупик. Будущего нет и у госзаказа», — Алексей Овакимян
Суды не работают, конвенции нет: держись за власть до последнего вздоха — Александр Аузан

Лайфхаки

Цифровизация бизнеса РФ: «Нет людей с компетенцией, но все хотят скорее запустить процесс» Цифровизация бизнеса РФ: «Нет людей с компетенцией, но все хотят скорее запустить процесс»
Скандал вокруг «Трансформатора»: «Как бизнесмен ты не состоялся, ты просто инфоцыган»
«Да, отменят премии и бонусы, но зато не уволят». Как компании России спасаются в кризис
«Работники словно сонные мухи? Пора поставить кровати в кабинетах». Что дает офисный сон
«Ни у вас, ни у меня совсем нет времени. Но я-то сумел построить работающий бизнес»
Free Wi-Fi: как пользоваться бесплатными сетями без риска для кошелька и личной жизни
Это страх взаимности. Как бонусы, кофе и новогодние сюрпризы отпугивают клиентов
Смотрите также

Наверх
Чтобы пользоваться всеми сервисами сайта, необходимо авторизоваться или пройти регистрацию.
  • вспомнить пароль
Вы можете войти через форму авторизации зарегистрироваться
Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
  • Укажите ваше имя
  • Укажите вашу фамилию
  • Укажите E-mail, мы вышлем запрос подтверждения
  • Не менее 5 символов
Если вы не хотите вводить пароль, система автоматически сгенерирует его и вышлет на указанный e-mail.
Я принимаю условия Пользовательского соглашения и даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
Вы можете войти через форму авторизации
Самое важное о бизнесе.
Читайте лучшие публикации каждое утро. Подпишитесь на рассылку «Делового квартала».
Я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
Facebook Telegram Yandex Zen