Деловой квартал / Новости / Строитель «Тихвина» уходит в Москву. Почему и как — Иван Кузнецов, Acons Group / ИНТЕРВЬЮ
Строитель «Тихвина» уходит в Москву. Почему и как — Иван Кузнецов, Acons Group / ИНТЕРВЬЮ
Иван Кузнецов
Автор фото: Игорь Черепанов. Источник: DK.RU

Строитель «Тихвина» уходит в Москву. Почему и как — Иван Кузнецов, Acons Group / ИНТЕРВЬЮ

Самое читаемое
  • «Магнит» купили за ничтожно малые 138 млрд. Это был выбор без выбора, Галицкий им мешал»
    Мнения
  • «С продажниками на рынке творится какое-то безумие. Такого не было уже много лет»
    Бизнес
  • «Нам не скучно до смерти, мы вусмерть заработались». Почему 8-часовой рабочий день вреден
    Лайфхаки
  • «Вы имеете бизнес, или бизнес имеет вас?» Понятие «владелец бизнеса» больше неактуально
    Мнения
  • Михаил Лабковский: «Все вокруг говорят «депрессия» и «стресс», не понимая, что это значит»
    Лайфхаки
  • Возврат в мир «Жигулей». Андрей Мовчан о программе кандидата: инфляция, дефицит, обнищание
    Новости
06:30   19.10.2017

«У нас был период, когда мы строили только жилье. И за это время компания чуть не потеряла команду — потому что там не надо много думать. Видно было, как люди чахли, не имея сложных новых задач».

Екатеринбургская Acons Group, построившая немалую часть знаковых объектов в городе — например, ЖК «Тихвин», БЦ «Президент» и здание Сбербанка на ул. Куйбышева — уходит на федеральный уровень. По словам главы компании Ивана Кузнецова, теперь фокус смещается на Москву, где девелопер уже начал работу — как генподрядчик на объектах ГК «КОРТРОС» и как самостоятельный игрок. Путь от маленькой фирмы, ремонтировавшей подъезды в Октябрьском районе, до компании, способной построить с нуля аэропорт и стремящейся к возведению химического завода, Acons Group прошла за 15 лет, развиваясь вместе с рынком и учредителями. Г-н Кузнецов не скрывает: вперед компанию двигало стремление к новому и сложному. Об этапах похода на Москву — в материале DK.RU.  

На стройку Иван Кузнецов попал студентом — родители, вспоминает он, заняли жесткую, но правильную позицию: если тебе нужны деньги, иди зарабатывай. Наиболее доступным из немногочисленных в то время вариантов была работа в стройотрядах, и г-н Кузнецов, не обладая никакими необходимыми навыками, начал с нуля. 

Сначала можно стены ломать, потом таскать бетон, далее — делать стяжку, класть стены, затем — руководить теми, кто таскает бетон. За четыре года работы в стройотрядах я и крыши делал, и кирпичную кладку, и полы заливал. После этого трудился в компаниях у стройотрядовских заказчиков, но спустя некоторое время пришло понимание: работать на кого-то можно до конца жизни, и это тупиковый путь развития. Так мы с товарищами решили открыть свою фирму. Это был 1995 г., никто нас не знал, первый офис был всего в 6 кв. м — там стояло два рабочих стола на троих. Мы брались за все: белили подъезды, красили стены в квартирах, делали благоустройство в Октябрьском районе — ремонтировали крыши, детские клубы. Потом постепенно дело пошло. Помню первый проект на 1 млн руб., тогда я думал: это что-то потрясающее! — вспоминает Иван Кузнецов. 

И добавляет: приходилось искать свое место под солнцем в Екатеринбурге, а 15 лет назад рынок генподряда в городе был гораздо более конкурентным, чем сейчас. Ключевой секрет успеха был один — держать слово.

Единственная возможность продвинуться была такой: приходить к потенциальным заказчикам, говорить, что ты можешь сделать, и не говорить то, чего не можешь. В строительной сфере города все друг друга знают, и если ты один раз обманул ожидания заказчика, дальше перспектив нет. Мы с самого начала решили: выполняем взятые на себя обязательства, и для нас это порой превыше рентабельности. Иногда понимаем, что теряем деньги, но все равно выполняем то, что озвучили. Обмануть можно один раз. Не больше, — говорит глава Acons Group.

С того времени рынок города сильно изменился?

— Очень. Если раньше генподрядчиков было много, сейчас их осталось четыре-пять. Этим видом деятельности становится все сложнее заниматься. 

В интервью DK.RU глава «Ассоциации строителей Урала» Вера Белоус говорила, что хлеб генподрядчика очень тяжелый, вся ответственность за стройку всегда на нем, а это дополнительные риски. Особенно сейчас, когда изменилось законодательство — теперь работа вообще напоминает мазохизм.

— Я с этим согласен, и мы так же, как и все, прошли эволюцию от генподрядчика до девелопера. У нас в городе несколько крупнейших генподрядчиков: помимо нас еще «Атомстройкомплекс», «Астра», «Стройтэк», и у всех есть свой девелопмент. А чистых генподрядчиков почти не осталось, разве что «Гран Строй». 

Бывшему генподрядчику наверняка проще начинать девелоперские проекты — можно копировать самое удачное с объектов, где вы раньше работали. Например, как генподрядчик вы строили самый фешенебельный ЖК Екатеринбурга «Тихвин». Как девелопер в своем жилом проекте рядом с БЦ Clever Park можете использовать идеи из «Тихвина». 

— Мы построили часть знаковых объектов в городе как генподрядчик, знаем все их плюсы и минусы, от каждого взяли что-то полезное — как сделать лучше. Но слепо копировать бессмысленно: во-первых, «Тихвину» уже 15 лет, время идет, инженерные, технологические и архитектурные концепции обновляются. А мы улавливаем последние тенденции и меняемся быстрее общего рынка. Поэтому же и не стали делать второй БЦ «Президент», решили свой бизнес-комплекс иначе и точно попали в рынок. 

Условно говоря, генподряд — это ремесло, девелопмент — искусство. Причем такого размаха и роста креатива в строительных проектах, как в Турции, нет сейчас даже в Европе. Строят там, в основной массе, великолепно. И в России лидеры строительного рынка турки: топ-10 генподрядчиков, которые возводят самые сложные объекты, состоят из турецких компаний, 70% генподряда в стране делают турки. Оборот Renaissance Construction — 200 млрд руб. в год! Для сравнения: объем строительного рынка Екатеринбурга — 50 млрд руб. Турецкие игроки имеют возможность экспериментировать в девелопменте и не боятся этого делать.  

А выстрелили они за счет того, что население в стране очень молодое, и оно растет, и нет насыщения — люди хотят больше жилья, и им его предлагают. Причем раньше девелоперы в Турции конкурировали по цене, а сейчас выигрывает тот, кто даст больше сервиса. Концепцию своего ЖК мы привезли из Стамбула. Я неоднократно туда ездил, смотрел на комплексы, видел, что там создают не квадратные метры, а лайфстайл, и именно для людей, а не для инвестиций, как, к примеру, в ОАЭ. Познакомился с несколькими застройщиками — у них глаза горят! 

Что интересного есть на турецком рынке, что можно приземлить на Урале?

— В Турции запрещено законом продавать квартиры без машиномест в паркинге. Приобретаешь двушку — покупаешь одно машино-место, трешку — два и так далее. Всегда. Поэтому там никто не паркуется на газонах, дворы свободны от автомобилей, и нет парадокса нашего жилья эконом-класса на окраинах, когда подземные парковки пустые, и места в них не берут даже за 200 тыс. руб., зато все газоны упаркованы и грязи по колено. Также турки считают неуважением к покупателю продажу квартир без чистовой отделки. Некомильфо у них, если в одном лифте с жильцами строители возят мусор из квартир, где собственники превращают черновую отделку в чистовую. Поэтому во всех квартирах ЖК делают типовой ремонт: кладут одинаковую плитку, паркетную доску, ставят однотипные двери. Я поначалу думал: «Ага, и получается как в СССР, когда обои у всех были одинаковые!». Но зашел в одну квартиру в ЖК, в другую — они абсолютно разные. Цвет стен, текстиль, светильники, мебель различаются, и в одной типовой отделке удается создать не похожие друг на друга интерьеры.  

Мы тоже разработали несколько типовых квартир для своего проекта, заказали варианты у известного московского архитектурного бюро. Трехкомнатная — спокойная, для семьи, двушка поярче, однокомнатная — совсем хипстерская. И дизайн совершенно разный при использовании одинаковых базовых отделочных материалов! Причем можно миксовать: купить трешку и использовать хипстерские элементы из однокомнатной квартиры. Такой подход для нашего рынка новый: получаешь базовый ремонт, причем не «от застройщика», а качественный и нейтральный. А дальше твоя задача только купить светильники, шторы, мебель и покрасить стены на свой вкус. 

Будет ли это пользоваться спросом на Урале?

— Мы планируем один подъезд сдать с чистовой отделкой по дизайн-проекту. В Москве 70% жилья классов «комфорт+» и «бизнес» продается именно в таком виде, столичные девелоперы закладывают 25 тыс. руб. за кв. м для этого. Там это легко — метр стоит в среднем 250 тыс. руб., так что плюс 10% — это не страшно для покупателя. Зато он на год раньше получает квартиру и не делает ремонт в кредит. Как будет у нас, если к цене метра в 75 тыс. руб. добавить еще 25 тыс. на чистовую отделку, сказать сложно. Будем тестировать. Посмотрим.   

Кроме того, новым принципиально иным в нашем ЖК будет основной вход в подъезд: не с первого этажа, а с минус первого. В Европе это тоже распространено, потому что у всех владельцев квартир есть автомобили, комфортнее попадать домой с паркинга. У нас он запроектирован большим единым светлым чистым пространством — мы нашли инженерное решение, чтобы убрать перегородки. Грубо говоря, там можно будет ходить в тапочках. Люди из дальних домов смогут по теплу попадать, например, в фитнес-центр. ЖК запроектировали очень функционально и прагматично. По уровню комфорта будет не совсем «Тихвин», конечно, но не хуже. 

Вы благоустроили набережную рядом с будущим жилым кварталом. Вас мягко к этому подвела горадминистрация? 

— Нет, никто нас не заставлял этого делать, просто мы считаем, что городская среда — это игра вдолгую, которая дает повышение качества жизни. Раньше здесь стояли гаражи, мы кооператив убрали, вырубили дикорослый лес, сформировали русло и сделали набережную. Теперь люди проводят здесь время, некоторые даже ходят рыбачить, говорят, ловят щучек по килограмму. Как таковая набережная не дает нам никаких денег — это просто закопанные в землю рубли. Прораб до сих пор в шоке: изначально говорил мне: «Зачем тратить столько денег непонятно на что? Купи три «майбаха», купи дом!». А я не хочу. Я верю в то, что благодаря набережной город станет лучше. И важно то, что в нашем проекте инвестиции в среду обитания мы сделали на начальном этапе, а не на конечном, как часто бывает. Набережную и фитнес-центр мы могли бы возвести года через два, но сознательно хотели показать людям, как все будет, уже сейчас.  

Вообще искусство девелопмента заключается в умении ответить на вопрос: почему люди должны жить именно в этом ЖК, что здесь будет особенного. Мы не отличаемся высотой потолков, планировками — в этом смысле сложно придумать что-то совсем новое. Но мы вносим в проект душу и отвечаем на вопрос, почему жить стоит здесь. 

Параллельно вы реализуете другой девелоперский проект — логопарк «Высота». Мы недавно разговаривали с главой «Атлас Девелопмент» Владимиром Городенкером, он убежден: складской сегмент единственный показывает уверенный рост и будет только набирать обороты. Но без команды специалистов, понимающих нюансы рынка и умеющих привлекать резидентов, заходить туда бессмысленно.

— Мы считаем, что городу нужно не только жилье, но и рабочие места, поэтому строим комплекс формата Light industrial, с небольшими складскими и производственными помещениями рядом с Кольцово. Арендаторами смогут быть, например, те, кто шьет подушки или что-то фасует. Проект рассчитан на то, чтобы у людей была возможность вести какой-то бизнес. 

Команда, конечно, для реализации такого рода проектов крайне важна, да и вообще строительный бизнес — это только команда и повторение одного и того же многочисленное количество раз, оттачивание умений и навыков. У нас под большие проекты формируются команды единомышленников, которые хотят работать, им нужны интересные задачи, возможность преодоления себя и внешних факторов. Одно дело, когда ты строишь жилой дом где-нибудь в Нижних Сергах и совсем другое — крупный ЖК, бизнес-центр, аквапарк или аэропорт.

Заводской гудок

Екатеринбург как основной вектор роста компании Acons Group больше не рассматривает, однако сохранит головной офис в уральском мегаполисе и готовит здесь еще несколько проектов. Главная же цель, помимо работы на столичных стройках жилья и реконструкции еще оставшихся аэропортов — возведение промышленных объектов, которые власти намерены разместить на Дальнем Востоке.  

Про аэропорты. Как вам удалось попасть в эту сферу? Можно выиграть тендер вот так, с улицы?

— Базово мы специализируемся на работе со сложными инженерными объектами. Вся история развития компании шла через непростые задачи: гостиницы, офисные центры, сложная логистика, аквапарки и как венец — аэропорты. Аэропортовая технология — самая трудная, потому что там больше инженерных систем, нужны ноу-хау, которые решат разные задачи. Начинали мы с реконструкции екатеринбурского Кольцово. На то были объективные причины: рынок офисников насытился, торговых центров тоже было построено огромное количество, для себя мы видели аэропорт как возможность для дальнейшего развития. Поучаствовали в тендере, как и все уважающие себя компании. И выиграли. Поработали, получили первые компетенции.  

Конечно, попасть в эту сферу непросто. В России больше, чем один аэропорт, построили только две компании — мы и Limak Holding, на счету которого узел в Ростове-на-Дону и Волгограде. Обычно же игрок заходит на один аэропорт, а потом либо ему настолько не хочется строить эти объекты дальше, что он закрывает для себя эту тему навсегда, либо он разоряется.  

На чем ошибаются компании?

— Так как это очень сложные строительные объекты, нельзя сказать, что на чем-то одном. На всем они ошибаются. Причина — недооценка сложностей. Люди привыкли, допустим, строить жилье или торговые центры и считают, что и аэропорт смогут. Но не получается. 

Это же про вас. Вы до этого строили как раз и жилье, и коммерческую недвижимость. У вас почему получилось?

— За счет команды. У нас она очень квалифицированная, специалисты до работы в Acons Group занимались строительством других аэропортов, так что когда два года назад мы в жесткой борьбе выиграли у турецких игроков тендер на строительство авиахаба в Перми, где контракт уже в пять раз больше, чем в Кольцово — 4,72 млрд руб., мы имели практически идеальную команду. Люди знали все подводные камни, что где недооценено, какие есть проблемы. Они уже неоднократно такие задачи решали и знают, как нужно поступать. 

Все-таки тендеры как вы выигрывали? За счет цены?

— Безусловно, но это не главный приоритет. Потому что можно отдать контракт кому-то за 100 руб. и не получить ничего. Любой тендер по аэропортам идет 3-6 месяцев, проходит много итераций, заказчик смотрит, в том числе, глубину погружения команды в вопрос и глубину понимания специфики, проводит личные встречи с руководством участников тендера. 

Были ли при работе на аэропортовых объектах такие сложности, которые вас закалили, и после этого вам уже ничего не страшно?

— Нас закаляют наши заказчики. Они все непростые. Когда я еще работал в строительной компании по найму, мой первый руководитель однажды сказал такую фразу: «Не бывает плохих заказчиков, бывает неправильный подход». И я убежден: каким бы ни был заказчик, он платит тебе деньги, и ты должен найти к нему подход. Если ты это делаешь, у тебя есть перспективы. А если приходишь и говоришь, что ты тут самый крутой и умный, то, скорее всего, будущего на рынке у тебя нет. Генподряд — это сервис для застройщиков, а застройщики — сервис для людей, покупателей. Мы работаем на человека, который платит нам деньги. И если свое величие закрывает нам глаза и не дает увидеть наши проблемы, это тупик.  

Сейчас вы закончили работы по строительству аэропорта Перми, Ростехнадзор выдал заключение о соответствии здания терминала требованиям техрегламентов и проектной документации, фактически это означает, что возведение объекта завершено. Что дальше? Есть еще аэропорты, где можно поработать? 

— Пожалуй, еще с десяток аэропортов осталось. Челябинск, например. Его владельцы, «Новапорт» — наши заказчики по проекту в Перми, у них также есть авиахаб Новосибирска, недавно они приобрели узел в Туве. Но только на аэропортах развивать наш бизнес уже нельзя, рынок все-таки не столь емкий. Поэтому сейчас смотрим на московский рынок девелопмента и генподряда — у него очень большой потенциал. 

Вы там сейчас строите ЖК «Люблинский», заказчиком выступает ГК «КОРТРОС». Дальше продолжите строить для федералов или самостоятельные проекты тоже планируете?

— Сейчас мы работаем в партнерстве с известными московскими застройщиками, потому что заходить в столицу в одиночку опрометчиво. Строительство — это очень сложный рынок, в первую очередь с точки зрения согласований. И сильное местное плечо может очень помочь на старте. Вообще же мы планируем работу в Москве и в качестве генподрядчика, и как самостоятельный застройщик. Рынок интересный, супервысококонкурентный. И он изменился так же, как в Екатеринбурге — люди сейчас хотя покупать лайфстайл, среду обитания, которая позволяет комфортно жить.

В Москве тоже будете работать в сегментах «комфорт+» и «бизнес» или уйдете в «эконом»?

— Проекты класса «эконом» нас не интересуют совсем. Потому что, строя такие объекты, ты нарабатываешь компетенции по этому сегменту и теряешь по всем остальным. Вообще когда сосредотачиваешься на одном направлении, возникают риски. У нас, например, был период примерно в 1,5 года, когда мы строили только жилье. И за это время компания чуть не потеряла команду — потому что там не надо много думать, нужно просто брать и строить. Видно было, как люди чахли, не имея сложных новых задач. И когда появился контракт на строительство аэропорта в Перми, у них снова загорелись глаза.

А вы не хотите заняться реконструкцией и строительством железнодорожных вокзалов? РЖД продвигает эту тему.

— Это очень интересная тема, особенно строительство вокзалов вокруг планируемой высокоскоростной магистрали, которая может дойти и до Екатеринбурга. Но это пока перспектива. Если говорить о реконструкции существующих вокзалов, то непонятна четкая модель возврата инвестиций частного бизнеса в проекты. Для аэропортов государство такую схему разработало и утвердило: взлетно-посадочная полоса строится за счет госбюджета, а возведение аэропорта и его эксплуатацию отдают инвесторам, которые получают долю в капитале и постепенно возвращают вложения. С РЖД пока такие правила не прописаны, без них входить в проекты рискованно.

Когда вы закончите строительство ЖК Clever Park и логопарка «Высота» в Екатеринбурге, сниметесь с якоря и переедете в Москву? Или головной офис останется на Урале? 

— Физически штаб-квартира будет работать в Екатеринбурге. На то есть ряд причин, и в первую очередь это то, что размер зарплат и качество персонала здесь как минимум раза в три лучше, чем в столице. Набрать там специалистов, желающих работать, практически нереально — обычно москвичи сидят в офисе и ничего не делают, думают, зачем напрягаться, и так заплатят. Так что мы берем местных ребят, которые доросли до решения новых задач, голодны до развития, у которых блеск в глазах, и отправляем в Москву. Они продвигают уральскую компанию на федеральном уровне.

Екатеринбург мы не рассматриваем как основной вектор роста компании, но все равно в планах есть несколько проектов в городе, сейчас они в проработке. Присутствие на этом рынке мы хотим сохранить: стремления быть крупнейшим игроком в уральском мегаполисе нет, просто мы хотим строить, производить качественный продукт для квалифицированных покупателей — у кого уже есть опыт покупки нескольких квартир, работы в ряде бизнес-центров. 

Помимо строительства жилья в Москве рассматриваете что-то на перспективу?

— Жилья в столице можно строить много, но это все равно ограниченный рынок. К тому же и власти, и бизнес в какой-то момент поняли, что нужно возводить не только квартиры, но и места приложения труда, в частности — заводы. Промышленные объекты нам сегодня наиболее интересны: это и суперсложная задача, и финансово интересные контракты на строительство. Это очевидный тренд, в ближайшее время крупные промышленные предприятия будут появляться на Дальнем Востоке. Мы присматриваемся к этому направлению, готовы бросить туда все силы.  

Построить завод круче, чем аэропорт?

— Это другое. Аэропорт — квинтэссенция сложности и красоты, а промышленный объект — только сложность, но огромная. И это новое для нас направление, а это всегда интересно. Думаю, именно стремление к переменам, к развитию, к трансформации компании, команды и себя позволило нам вырасти от маленькой фирмы, красившей подъезды, до федерала, способного возвести с нуля аэропорт. И желание меняться все еще не пропало. 

Фото: Игорь Черепанов / DK.RU

Автор: Екатерина Стихина
Система Orphus
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter.
Публикации по теме
Стать партнером

Материалы партнеров

Новости

Основатель «Додо пиццы» рассказал о прекращении допросов по делу о наркотиках в сети Основатель «Додо пиццы» рассказал о прекращении допросов по делу о наркотиках в сети
4,5 млрд в тележках: владельцы Промсвязьбанка после санации сняли деньги в другом банке
«Русская рулетка»: Дерипаска готов выкупить «Норникель» у Потанина или уйти из компании
Возвращение в «Мостотрест»: Ротенберг снова станет совладельцем крупнейшего подрядчика
Возврат в мир «Жигулей». Андрей Мовчан о программе кандидата: инфляция, дефицит, обнищание
Квартирные сделки предложили отдать на проверку Росфинмониторингу
Стать клиентом удаленно: как единая биометрическая система изменит жизнь россиян

Бизнес

Есть ли деньги в кинобизнесе? Рассказывает владелец «Кинодома» Александр Прохоров Есть ли деньги в кинобизнесе? Рассказывает владелец «Кинодома» Александр Прохоров
«С продажниками на рынке творится какое-то безумие. Такого не было уже много лет»
Просите денег под выполнимые проекты. Почему не работает господдержка и кто в этом виноват
Болезни роста. Когда развитие бизнеса надо сдерживать искусственно / ОПЫТ сети «Галамарт»
Производитель, администратор, предприниматель или интегратор — кто вы в вашем бизнесе?
Как объединиться с конкурентом и получить 40% рынка и 500 млн руб. оборота за год / КЕЙС
«Через 2 года вам придется решать — продолжать бизнес или вообще спрыгнуть с этого поезда»

Свое дело

«Хорошая жизнь производителей яхт — иллюзия». Как на Урале делают парусные суда / ФОТО «Хорошая жизнь производителей яхт — иллюзия». Как на Урале делают парусные суда / ФОТО
Как уральский стартап превращает отходы в энергию и почему в России для него нет рынка
«Богатым, продавая хлеб, не стать». Как построить бизнес на пекарне / ОПЫТ
Как запустить марку одежды на несколько сотен тысяч и заработать на классике / ОПЫТ
«Возможно, денег у вас не будет. Это плата за свободу» — КЕЙС о смене карьеры после 40 лет
Как фитнес-блогер и мама троих детей стала производителем детской мебели / ОПЫТ
«McDonald’s на рынке ЖКХ». Как уральская УК собирается завоевывать российский рынок

Качество жизни

Как работает «школа Грефа» — взгляд изнутри Как работает «школа Грефа» — взгляд изнутри
Стоимость содержания автомобиля в 2018 году. Как снизить расходы?
Как подготовиться к разводу без нервных срывов и лишних движений — Елена Овчинникова
«Угроза тюрьмы делает брак по-настоящему честным институтом и равняет супругов в правах»
Как прожить больше 100 лет, и чем заняться после 60-ти. Виталий Недельский — о долголетии
«Тотальный контроль не поможет». Как сделать интернет безопасным для детей
Назад в будущее: зачем Fujifilm возродила камеры моментальной печати

Мнения

«Вы имеете бизнес, или бизнес имеет вас?» Понятие «владелец бизнеса» больше неактуально «Вы имеете бизнес, или бизнес имеет вас?» Понятие «владелец бизнеса» больше неактуально
«Магнит» купили за ничтожно малые 138 млрд. Это был выбор без выбора, Галицкий им мешал»
«Дошло до того, что главным риском предпринимателя стало само предпринимательство»
«Увидеть, как упадет башня — это наше право. Взорвать ее молча — все равно что украсть»
«Я раскаиваюсь, не буду больше «кошмарить» бизнес». Новое кредо Евгения Кобзева
«Пока еще можно, подергаем таракана за усы. Сталин — преступник и бездарный военачальник»
«У Сталина была установка на великие свершения, у сегодняшней империи — чтобы их не было»

Лайфхаки

Тирания удобства: как современные технологии лишают нас личности и смысла жизни Тирания удобства: как современные технологии лишают нас личности и смысла жизни
«Угроза фаворитизма»: почему женщины склонны выбирать начальников-мужчин
Депозиты в прошлом. В какие инструменты вкладывать деньги вместо банковских вкладов
Когда в голове звучит «Хочу!»: как контролировать мозг и избегать нелогичных поступков
«Люди не хотят работать в гамаке»: «модные» офисы не так уж хороши
«Громкое рождение — быстрая смерть». Почему бизнесу нужен медленный рост
Михаил Лабковский: «Все вокруг говорят «депрессия» и «стресс», не понимая, что это значит»
Наверх
Чтобы пользоваться всеми сервисами сайта, необходимо авторизоваться или пройти регистрацию.
  • вспомнить пароль
Вы можете войти через форму авторизации зарегистрироваться
Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
  • Укажите ваше имя
  • Укажите вашу фамилию
  • Укажите E-mail, мы вышлем запрос подтверждения
  • Не менее 5 символов
Если вы не хотите вводить пароль, система автоматически сгенерирует его и вышлет на указанный e-mail.
Я принимаю условия Пользовательского соглашения и даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
Вы можете войти через форму авторизации
Самое важное о бизнесе.
Читайте лучшие публикации каждое утро. Подпишитесь на рассылку «Делового квартала».
Я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.