«Навальный* наступил Путину на больную мозоль». Глава из новой книги Антона Бакова на DK.R

Антон Баков – известный политтехнолог, учредитель Монархической партии России и эрцканцлер виртуального государства Императорский Престол. Его «Демократия по-русски» (второй заголовок «Записки бывшего гражданина СССР») – это еще одна попытка объяснить, почему Россия не Америка.

 

Книга состоит из двух частей: первая – заочная дискуссия с французским политиком XIX века Алексисом де Токвилем, автором двухтомного исторического трактата «Демократия в Америке» (1840 г.) Вторая часть – жизнеописания людей, которые внесли вклад в демократизацию России. Среди них – Михаил Горбачев, Борис Ельцин, Владимир Путин, Андрей Сахаров, Александр Солженицын, Борис Немцов и другие.

 

 

 

С разрешения г-на Бакова DK.RU публикует главу, посвященную Алексею Навальному* и Владимиру Путину. К слову, в книге о последнем написана отдельная глава – «Наследник Ельцина»

Алексей Навальный* родился в 1976 году в городке Бутынь. Родители владеют «Кобяковской фабрикой по лозоплетению». Был в рядах «Яблока». С 2011 года – глава Центрального совета «Партии Прогресса». Создал проекты «РосПил» и «РосЖКХ». В 2013 занял 2-е место на выборах мэра Москвы, получив поддержку 27% проголосовавших. Был признан виновным в хищении имущества госкомпании «Кировлес». Вместе с братом Олегом проходил по делу о хищении средств «Ив Роше».

 

Навальный* был совсем юным, когда его выгнали из «Яблока» за участие в «Русском марше». Ему тогда уже было тесно в интеллигентской среде, Алексея увлекали брутальность и хождение в народ.

 

Первой личной кампанией Навального* была агитация в интернете за разрешение свободной продажи огнестрельного оружия. Увы, пропагандистские опыты Алексея лишний раз показали, что он предпочитает работать на путинское большинство.

 

Ибо в первом же его агитационном интернет-ролике необходимость вооружения населения объяснялась мобилизацией на борьбу с исламскими террористами, которых Навальный* с истинно руандийским остроумием сравнивал с тараканами. Впрочем, думаю, что он просто не знал о пропагандистском сопровождении геноцида в Руанде и потому с энтузиазмом искал близкие любому обывателю образы.

 

 

Мы познакомились с ним в 2007 году, когда он находился возле той самой Маши Гайдар, привлекаемый ее громкой фамилией, а еще его живо интересовал Никита Белых.

 

Навальный* выступал на громкие темы – борьбы с коррупцией, ям на дорогах и мигрантов. Ходил на «русские марши», участвовал в разного рода дебатах, в общем, вел жизнь активного молодого политикана.

 

Навальный*, как и Белых, моложе меня на 10 лет, и когда Никита выделил ему комнатку и бюджет в СПС, я невольно начал присматриваться к Алексею. У него не было пиетета перед фигурами бывших лидеров демократов, любовно собранных заядлым коллекционером Чубайсом в СПС. Навальный* хотел быть успешным, и сборище старых неудачников его, конечно же, раздражало.

 

 

Популярность Путина, очень грамотно построенная Кремлем на ожиданиях большинства российских избирателей, держится не только на скупке грамотных политтехнологов, но и на монопольном владении всеми ключевыми СМИ и огромных возможностях действующей власти.

 

Конечно, вряд ли Навальный* мог, подобно Путину, присоединить Крым или разбомбить Сирию. Так что ему «досталась», по большому счету, только тема борьбы с коррупцией, отчасти выборной, а в основном финансовой.

Мне и самому случалось поднимать тему борьбы с коррупцией, например, в 2003 году, что помогло выйти во второй тур губернаторских выборов против Росселя. Поэтому я прекрасно отдавал себе отчет в том, насколько данная тема опасна для самого борца. А главное, прекрасно понимал, что при крайне слабом механизме госрегулирования именно коррупция в нашей стране является, как ни парадоксально, и способом управления, и залогом грядущего возрождения России.

 

В оценке роли коррупции мое мировоззрение гораздо ближе к Путину, чем к Навальному*. Другое дело, что Путин вынужден скрывать свои взгляды, в отличие от меня. Именно в «зазорчик вранья» между Путиным и путинским большинством и протиснулся Навальный*. Ведь, как известно, материалов о коррупции хватает всегда, да и вообще донос — любимое оружие политической борьбы в России еще с советских времен.

 

И все же Навальный* наступил Путину на «больную мозоль». Он создал ситуацию, когда его оппозиционные действия поддержали, в первую очередь, сами сторонники Путина, вечно требующие от «хорошего царя» расправы над «плохими боярами».

 

Путина вновь выручили крепкие нервы, и Кремль решил «перевернуть повестку» на 180 градусов, превратив самого Навального* в коррупционера. Тем более, что некоторые объективные основания для этого были. Например, действительно, существовало государственное предприятие «Кировлес», которым Навальный*, махнув вместе с молодым губернатором Никитой Белых и все той же Машей Гайдар в Вятку на заработки, когда-то управлял от имени Кировской области. Ибо, как ни крути, оппозиционерам тоже надо кормить семьи. Потом этот эпизод стал основанием для уголовного дела. Так что Навальный*, обвинявший в коррупции других, можно сказать, «получил вятский бумеранг».

 

 

Это не мешает окружению Путина использовать Навального* для слива компромата на своих конкурентов. Навальный* на слуху, и пока он существует, оппозиционерам достаточно трудно найти другого лидера. По сути, это и есть «кремлевское задание» Навальному*: сидеть на стуле, связанным по рукам и ногам, просто для того, чтобы никто другой на этот стул не сел. Политическое будущее Навального* туманно. Безусловно, я желаю ему выбраться из ловушки. Но я бы не хотел видеть его среди будущих руководителей России.

 

Дела Путина неизменно лучше его слов, а укрощение им сторонников и оппонентов – высший пример дрессировки. Но везение от него отвернулось где-то на самом верху. Там, откуда падают самолеты. Так что иногда кажется, что Путин – очередная жертва кремлевского проклятия. К слову, Ветхий Завет упоминает о проклятии на семь поколений. Путин – как раз 7-е поколение правителей постреволюционной России после Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Горбачева и Ельцина. Порой почти физически ощущается, что его «затягивает» в сапоги Сталина и мавзолей Ленина…

 

Ведь все трупы уже похоронены, и даже скелеты в шкафах превратились в труху.