Корпоративные университеты на Урале ждут налоговых льгот

Лабораторный комплекс, запущенный УГМК в партнерстве с УрФУ, позволит команде Технического университета УГМК обучать студентов и инженерных работников компании тонкостям металлургического ремесла. Если бы государство субсидировало подготовку специалистов, подобных образовательных центров было бы больше, считает Евгений Караман, директор Технического университета УГМК.

 

Научный центр позволит объединить Технический университет УГМК, открытый год назад, и прикладную науку. 2 сентября Евгений Караман провел экскурсию по новому комплексу УГМК в Верхней Пышме губернатору Евгению Куйвашеву и региональному министру образования Юрию Биктуганову. Г-н Караман озвучил итог государственно-частного партнерства, продолжавшегося последние три года: семь лабораторий с разной специализацией и опытно-производственный участок. Вклад федерального университета — 171 млн руб. на оборудование для научных исследований. Здание обошлось УГМК в 200 млн руб. По словам Евгения Карамана, научные изыскания, которые проводили предприятия холдинга, теперь сосредоточатся здесь.

 

 

Губернатор заявил, что опыт Технического университета УГМК уникален. Но другие метхолдинги тоже открывают свои университеты.

 

— Внутреннее обучение практикуют многие корпорации — государственные и частные. Есть интересные примеры в Свердловской области — на Первоуральском новотрубном заводе, на Уралвагонзаводе. Технический университет УГМК уникален своим масштабом, вложениями и оснащенностью. В лаборатории и в учебном корпусе мы собрали не имеющий аналогов комплекс оборудования для научных исследований. Можем готовить практически любые кадры для своих нужд, начиная с профориентации школьников, с их обучения в колледжах — до повышения квалификации инженеров на производстве и работы с магистрами и аспирантами.

 

Гендиректор УГМК Андрей Козицын заявил, что будет добиваться государственных льгот для Технического университета. Вы считаете, что часть бремени должен нести бюджет?

 

— Да, это больная тема для учебных заведений. В законе об образовании, который вышел в 1992 г., говорилось, что высшее учебное заведение освобождается от всех налогов. Затем появился Налоговый кодекс, который эту норму перечеркнул и поставил образовательные учреждения в один ряд с коммерческими организациями. Расходы промпредприятий на корпоративные университеты (число которых, тем не менее, растет) никак не дотируются. Ситуация парадоксальна: с одной стороны, государству нужны инженеры с хорошей производственной подготовкой — они будут двигать экономику. А с другой стороны, никак не поощряется стремление промышленников вкладываться в строительство корпоративных университетов и в покупку оборудования. Для нас это затраты из чистой прибыли. УГМК вложила в Технический университет более 1 млрд руб. Но идти таким путем готовы не все. Многие не хотят тратить прибыль на социально значимые проекты. Если бы государство дало корпоративным университетам налоговые преференции, это направление развивалось бы намного быстрее.

 

Какова потребность УГМК в инженерах?

 

— Ежегодно мы принимаем 100 человек со студенческой скамьи.

 

По данным рекрутинговых агентств, у инженерно-технических работников со стажем достаточно высокие заработки, но и это не помогает привлечь выпускников вузов на заводы. Почему они не хотят делать карьеру на производстве?

 

— Считается, что быть инженером непрестижно. На экранах телевизоров мы видим что угодно, только не специалистов, работающих на промышленных предприятиях. Многие по-прежнему уверены, что завод — это рутина, грязные цеха и старое оборудование. Хотя на таких предприятиях, как «Уралэлектромедь», процессы автоматизированы, тяжелый физический труд остался в прошлом. Но желающих работать, как и раньше, немного. При этом, заметьте, количество студентов, обучающихся на технических специальностях, не сокращается. Возможно, даже растет.

 

Никаких препятствий для подготовки инженеров сейчас нет. Но выпускники школ рассматривают учебу в технических вузах только как возможность получить бесплатное высшее образование — на производство многие потом не приходят.

 

По-вашему, фильмы на производственные темы — «Премия», «Сталевары» и пр., которые показывали по телевизору при СССР, больше способствовали профориентации?

 

— Ну, это не панацея, конечно, — рассказывать с утра до ночи о радостях производства. Но какое-то представление в головах школьников тогда было. А сейчас — и его нет. Детей, у которых отец и мать — заводчане, цехом не напугаешь. В таких семьях сохраняется преемственность. Но обычно родители хотят, чтобы их дети становились экономистами, юристами, работали в банках. А материальное благополучие страны начинается ведь с промышленных предприятий, а не откуда-нибудь еще. Хочешь — не хочешь, надо заниматься просвещением школьников и правильно учить студентов.

 

Раньше это было невозможно: отход от утвержденных Минобразования стандартов — шаг влево, шаг вправо — не допускался. Что изменилось?

 

— Стандарты, как и прежде, — прерогатива государства. Но для федеральных университетов недавно сделали исключение — они могут внедрять собственные. Этим правом пользуются не все вузы. А УрФУ стандарты создает — на базе разработок УГМК, описывающих требования к труду, компетенциям, знаниям и навыкам, которыми должны обладать работники завода сегодня.

 

В нашей практике образовательная программа УрФУ согласуется с УГМК. Сначала мы вместе определяем требования к результатам обучения и разрабатываем перечень дисциплин и учебно-методических материалов, с которыми потом работают преподаватели. В течение года студенты УрФУ примерно раз в неделю приезжают на занятия в Верхнюю Пышму — проходят углубленную практику на наших предприятиях. По сравнению с традиционными программами практика серьезно продлена — до 24 недель (обычно — втрое меньше). На выходе специалист получает диплом федерального университета.

 

То есть подготовка студента-металлурга для УГМК отличается от обычной программы тем, что он проходит дополнительную практику?

 

— Это существенное отличие, поскольку такая практика — как раз то, чего всегда не хватало будущим производственникам. Важно и то, что в программе производственно-технологического бакалавриата по металлургии, созданной УГМК и УрФУ, с первой недели обучения (а не с третьего курса, как было) начинаются профильные дисциплины. Они знакомят студентов с производственными технологиями и помогают развивать инженерное мышление.

 

Это касается только специалистов, которых готовят для УГМК?

 

— Это доступно всем студентам в группе. И тем, кто учится по направлению от УГМК, и тем, которые от других предприятий, и поступившим на факультет самостоятельно.

 

Первые итоги работы университета вас устраивают? Это то, что вы хотели получить?

 

— Много показателей еще нужно дорабатывать — качество обучения, обратную связь, подходы к набору групп. Но первые результаты неплохие. Прежде всего, мы отладили образовательный процесс, организовали учебу 6,5 тыс. человек. Есть все необходимые материалы. А главное, мы сумели привлечь лучших специалистов, которые могут делиться опытом.

 

Кто преподает в Техническом университете УГМК?

 

— Те, кто глубоко знает необходимый предмет: преподаватели вузов, представители поставщиков оборудования, но главный упор мы делаем на наших корпоративных преподавателей. Сегодня это 134 человека из числа руководителей и инженеров предприятий УГМК — они работают у нас на программах повышения квалификации и на программах прикладного бакалавриата. Не каждый, конечно, может выйти в учебную аудиторию к студентам. Поэтому люди проходят адаптацию — их учат говорить, создавать учебный план, готовить тесты, кейсы.

 

И они совмещают работу в УГМК с преподаванием?

 

— Да, совмещают. Занятость у них, конечно, не такая, как у профессиональных педагогов. Если у доцента или старшего преподавателя нагрузка около 900 часов в год, то у наших меньше — 100 часов или даже десять.

 

Раньше молодому специалисту на производстве первым делом говорили: «Забудь, чему тебя учили в вузе». А ваша цель — получить сразу после вуза готовых инженеров?

 

— Первая группа по прикладному технологическому бакалавриату набрана два года назад, ей еще предстоит два года учиться. А специалисты, повысившие квалификацию в нашем университете, уже работают на производстве. Отзывы неплохие. Предприятия нас благодарят: у их работников теперь глаза по-другому светятся.

 

Как быстро устаревают знания ИТР и есть ли примеры, как инженеры УГМК меняют специализацию?

 

— Знания на производстве устаревают скачкообразно. Как только предприятие устанавливает новое оборудование, его приходится осваивать с нуля. Вчера этой технологии еще не было, а сегодня она появилась — надо срочно готовить специалистов. Условия меняются постоянно — нам есть чем заниматься.

 

Насколько старые инженеры восприимчивы к новым технологиям? Вам удается их переобучать?

 

— Чем старше специалист, тем психологически ему сложнее учиться. Но старая инженерная школа — всегда в цене. Наш новый лабораторный корпус спроектировала команда из Уральского федерального университета — конструкторы преклонного возраста. Все успешно освоили AutoCAD, на кульманах никто не чертит. Всегда ценен опыт, и если производство требует новых знаний, то у нас знания получить реально. К тому же инженерный труд сейчас специализирован. Один человек проектирует, другой занимается автоматизацией, третий — энергоэффективностью, исследованиями руды и так далее. Инженеру не всегда необходимо знать все — и ремесло, и компьютер. А в новых профессиях, где нужно разбираться в современных технологиях, лучшие шансы у молодежи.

 

 

Автор: Михаил Старков.