Меню

«Звёзды передач были кумирами, как космонавты»,—Сергей Васильев об игре «Что? Где? Когда?»

«Это был коллективный разум и личный пример. С первых эфиров, там стали загораться настоящие звёзды», - Сергей Васильев, первый инвестор «Рамблера», вспоминает о том, как пробивался к Ворошилову.

Сергей Васильев, ИГ «Русские фонды», первый инвестор и председатель совета директоров «Рамблера» в 1999–2001 годах:

 

Попасть в клуб знатоков — была моя давняя мечта. Эта телевизионная игра, вышедшая в эфир в конце 70-ых, влюбила в себя миллионы зрителей. В ней было всё, чего не хватало в нашей обычной, обыденной, советской жизни. Там каждый раз был элемент случайности. 
Волчок, вращаясь, делал свой случайный выбор – находил вопрос.

Советская жизнь была заорганизована и чётко запрограммирована, общие правила социалистического общежития не предполагали случайностей. Везде должен быть порядок и Правила. 

Но в реальной жизни всё, конечно, было не так. Там часто, всё решал именно случай.
И тут, когда по Центральному Телевидению, шестёрка игроков пристально следила за волчком в ожидании «случая» — было совершенно неожиданным действом для главного телеканала страны, но абсолютно понятным каждому из нас.

Мы всегда надеялись в жизни не только на правила и порядок, но еще и на случай, удачу.
Второе, что поражало, это — глубина познаний. И дело даже не в том, что знатоки были такими умными, а в том, что вопросов и тем было необъятное множество. Оказывается, наш мир не столь прост и совсем не очевиден, в нём уйма вопросов и тайн.

Это опять-таки было абсолютно вне устоявшихся рамок описания действительности. Нас с детства учили, что мы живём в развитом социалистическом обществе, где всё понятно и логично. Если у нас и были какие-то неразрешимые вопросы, они остались в глубине далёкой истории.

Но, оказывается, нет. И в наше социалистическое время есть еще много вопросов, и на них нет очевидных ответов. Их нужно искать.

И шестёрка игроков начинает это делать, прямо тут, в прямом эфире. Они не ждут указаний сверху, им не нужно иметь заранее спущенный сверху план. Они просто берутся, обсуждают и ищут ответ. Там не будет подсказок и помощи, там надежда только на тебя и на твою команду.

В этом процессе «игры» было заложено самое нутро советской жизни.  Казалось-бы вся страна жила по каким-то общим правилам и законам, установленным сверху, но на самом деле, центром жизни советского общества был именно коллектив, где ты учился или работал. Там бурлила наша жизнь, проходили споры, кипели наши страсти. Это был абсолютный идеальный слепок нашей жизни, где были удачи и поражения, открытия и провалы.

Решение любого вопроса мы искали вместе, но правильный ответ всегда находил кто-то один. Это был и коллективный разум, и личный пример. С самых первых эфиров, там стали загораться настоящие новые звёзды. Найти ответ за одну минуту, на глазах у миллионов телезрителей. Что еще может быть более интригующим? 

Звёзды тех передач были нашими кумирами, не менее космонавтов или народных артистов, а ведь это всё были простые обыкновенные ребята со всей страны. Ворошилов открыл тогда ворота всем. Если ты можешь найти ответ за одну минуту, на неизвестный тебе вопрос, у тебя есть шанс! 

Я не знаю, сам ли Ворошилов придумал идею этой «игры», её конструкцию, но она очень чутко уловила то, чего хотел, жаждал человек, в те времена советского расцвета.
Особенно это касалось молодежи.

Попасть в клуб знатоков, в прямой эфир «игры», была мечта многих, этот пунктик был и у меня.  Но как пробиться в Останкино? Как дать о себе знать, нас ведь… миллионы? Я отправил письмо с заявкой в Останкино еще на первом курсе физтеха, когда поступил в институт, но ответа не пришло. Таких, как я, наверное, были тысячи. Нужно было искать путь короче. И как только, меня выбрали Секретарем Комитета Комсомола, и в комитетском кабинете появился телефон, первое место, куда я позвонил, была телестудия Останкино.
— Как попасть на отбор в команду знатоков к Ворошилову в программу «Что? Где? Когда?»?
Это была простая наглость, надежда на удачу, случай, в поиске новых жизненных путей и приключений. И, о чудо… с той стороны, из телестудии, мне сразу ответили, что через месяц, Ворошилов будет проводить очередной отборочный тур.
— Приходите!

В большом зале, одного из многочисленных помещений в Останкино собралось около 50 человек, разного возраста, от 20 до 35 лет. Предполагалось выбрать очередную новую шестёрку знатоков. Тут были люди и из Москвы и из различных дальних городов СССР.
Сначала Ворошилов сам задавал вопросы, один за другим, и ждал ответа. Кто поднимет руку первым и даст точный ответ, фиксируя лучших?

Ответить первым, мне удалось лишь несколько раз, из сотни вопросов. Из общей компании претендентов сразу выделились пару человек, однозначных «лидеров», остальной состав был примерно равным. Я был не хуже, но и не лучше других, вопросы были не простыми.
Второй этап – игра за столом. Тут уже нужно было разделиться на группы и показать, как слушаешь других, как работаешь в команде.

Ещё через месяц нас позвали, на второй тур, после которого и объявили, что я… прошёл!
Была сформирована новая «команда», и нас обещали вывести в телевизионный эфир в наступающем 1987-ом году, нужно было только потренироваться, все-таки сыгранности за столом у нас ещё не хватало. А под Новый Год, где-то на улице Герцена, в подвале жилого дома, проходила съёмка предпраздничной игры. 

Мы впервые тогда попали в кутерьму и эмоции этого новогоднего прямого эфира лучшей советской телевизионной передачи того времени, «Что? Где? Когда?».

P.S.
Но карьеры «знатока» не случилось. Общественная и личная жизнь закрутила своими делами и заботами. Летом я должен был ехать командиром в стройотряд. И нужно было выбирать, между алтайским строяком и «тренировочный» сбором с командой «новых» знатоков. 

Если выбирать ИГРУ, то нужно было всё бросать. А наша учёба и «комсомольская» жизнь на факультете тогда кипели, я просто не мог себе этого позволить. И отказался от ИГРЫ. 

Но ощущение достигнутой цели оставалось ещё долго. Я мысленно поставил галочку — гештальт был закрыт, мечта сбылась. Можно идти дальше…

Орфография и пунктуация автора сохранены