Тогда все только начиналось: почему уральский бизнес снова вспоминает 1990-е

Предприниматели все чаще вспоминают о 1990-х — не столько из ностальгии, сколько из-за удивительного сходства вызовов. Тогда приходилось создавать рынок, институты и инфраструктуру с нуля и принимать решения в условиях полной непредсказуемости. Сегодня, когда бизнесу снова требуются гибкость и скорость, опыт той эпохи приобретает новую актуальность.

DK.RU собрал в архивах байки очевидцев, правила бизнеса и истории рождения успешных проектов.

Как на Урале создали первый в России фонд поддержки оркестра

В середине 1990-х когда экономика рушилась, финансирование культуры падало, предприятия сокращали сотрудников, а государственный бюджет не покрывал даже базовые расходы. Тогда маэстро Владимир Спиваков, работавший губернатором Эдуард Россель и банкир Владимир Черкашин запустили проект, который позже назовут уникальным для России: благотворительный фонд поддержки оркестра.

Шаг был рискованным. Попечительские советы тогда только начинали появляться, а системной благотворительности фактически не существовало. Губернатор Эдуард Россель взял над оркестром шефство и подписал инициативу об учреждении фонда, он же лично убеждал бизнесменов войти в попечительский совет; Владимир Черкашин возглавил этот совет и продолжил работу с благотворителями; а Владимир Спиваков выступил «двигателем» процесса: именно он своим именем, статусом подтверждал важность этого дела.

Если в 1990-е направлений благотворительности было немного, то сейчас тема широкого сбора средств на конкретные проекты проникла повсеместно. Практически у каждого крупного предприятия есть собственные благотворительные фонды и программы, малый бизнес все чаще стартует за счет краудфандинга, а люди привычно шлют благотворительные смс по призыву центральных каналов.

Подробнее об этом в материале: Как Спиваков, Россель и Черкашин спасали Уральский филармонический оркестр в 1990-е

Как глава «Уралтрансгаза» преодолел три вызова 1990-х

Давид Гайдт, называет себя руководителем «старой школы». Его подходы к управлению выросли из опыта, накопленного за полвека работы на производстве. Начав карьеру в эпоху перестройки, а затем проведя почти 20 лет во главе компаний «Уралтрансгаз» и «Газпром трансгаз Екатеринбург», он сформировал систему принципов, которая позволила компании пройти через непростые времена.

Главным испытанием тех лет стала необходимость выживать в условиях разорванных производственных связей. Предприятия газовой отрасли на разных территориях оказывались в разной степени кризиса.

В 1990-е гг. мы нередко делились выручкой с подразделениями в Уренгое или Сургуте, понимая, что их проблемы завтра могут стать нашими. Если в районе добычи газа не будет денег на зарплату, и не будет куска железа, чтобы залатать трубу, тогда нам нечего будет продавать. И мы окажемся не нужны, — рассказывал Давид Гайдт.

Вторым вызовом стала управляемость. На фоне хаоса и отсутствия устоявшихся бизнес-процессов Гайдт опирался на жесткую вертикаль, но при этом требовал от руководителей на местах инициативы.

Третьим элементом стал кадровый подход. Сформировать команду в 1990-е было сложнее, чем найти оборудование: молодых специалистов приходилось доучивать прямо на производстве, а опытных удерживать не администрированием, а доверием.

Подробнее об этом в материале: «Преодолевать консерватизм подчиненных — тяжкий крест управленца»

Как «Атриум Палас Отель» стал первым частным WTC на Урале

В начале 1990-х Сергей Писарев и его партнер Владимир Титов задумали проект, который для экономики тех лет выглядел почти невозможным: строительство гостинично-делового комплекса «Атриум Палас Отель» и получение статуса Центра Международной Торговли (WTC).

Комплекс, достроенный в 1998 г., обошелся в $40 млн. Деньги на проект удалось привлечь от БАЗа, Свердловскэнерго и «Уралтрансгаза» по нестандартной схеме: алюминщики инвестировали миллионы долларов в счет долгов энергетикам, энергетики — газовикам, и кредиторы становились совладельцами недвижимости.

Повысить статус проекта позволила франшиза WTC. Писарев и Титов добились личной встречи с руководителем международной ассоциации Гаем Тозолли, заручились поддержкой партнеров из Лозанны и получили право открыть частный WTC — один из двух в мире и единственный в России. Для иностранцев это было редкостью: среди 300 центров почти все принадлежали государству, поэтому екатеринбургский проект воспринимали как исключение.

Подробнее об этом в материале — «Киллер позвонил мне и сказал: «Закон тебя не спасет»

Как в Екатеринбурге рождался современный рынок недвижимости

Начало 1990-х директор Центра недвижимости «МАН» Николай Савин вспоминает как время, когда рынок только выходил из тени. Его агентство пережило поджоги офисов, давление со стороны криминальных структур и необходимость отказывать сомнительным клиентам, чтобы не потерять имущество и репутацию.

Не было оценщиков, информационных баз и единых правил: стоимость квартир менялась в разы в течение суток, а сделки держались на личных договоренностях и доверии. Риелторская работа была скорее искусством убеждения — расселение коммуналок требовало актерских навыков, а не юридических инструментов.

1990-е гг. были временем наивных, добрых и открытых людей. Таких доверительных отношений между клиентом и риелтором уже не встретишь. Представьте: покупатель приходит смотреть квартиру, которая стоит $30 тыс. В каждой из трех комнат живут люди, но ты обещаешь: «Через два месяца здесь никого не будет». Он платит аванс, и ты поясняешь: «Этого недостаточно — отселение стоит денег». Он дает еще $10 тыс., потом — еще $10 тыс. и еще $10 тыс. Затем ждет, когда площадь освободится. Тут бывали задержки: получив деньги, люди могли запить, наломать дров и попасть в милицию, а то и в тюрьму, — рассказывал Николай Савин.

Подробнее об этом в материале: «Оглядываясь назад, я понимаю — плохое стирается из памяти»

Как смелые идеи помогали развивать бизнес

Первый бизнес Антона Бакова родился еще в студенчестве — туристический кооператив по выходным возил экскурсии в Верхотурье, включая поход на болото за клюквой. Позже он основал туристическое агентство «Малахит», а затем советско-лихтенштейнское СП «Ист Лайн», которое стало пионером чартерных рейсов между СССР и Европой.

После успеха в авиации Баков переключился на политику и промышленность. В 28 лет он стал председателем думского комитета по законодательству и помог Эдуарду Росселю стать губернатором Свердловской области. Затем Баков возглавил «Металлургический завод имени А. К. Серова» в Серове. Завод, обремененный долгами и раздробленными цехами, он превратил в народное предприятие: акции были распределены между рабочими и пенсионерами, зарплата выплачивалась еженедельно, а ассортимент металла расширен до 200 марок.

Параллельно Баков развивал политические инициативы: он стал одним из основателей движения «МАЙ», а затем создал монархическую партию, направленную на продвижение консервативных ценностей и социальной ответственности. Он считал, что даже в бизнесе и политике важна нравственная основа, и пытался внедрять эти принципы в практику управления.

Подробнее в материале: «Даже самую абсурдную идею можно воплотить, если взяться за нее всерьез»