«Это уже похоже на вендетту». Как крыша на Доме Печати стала предметом судов

Памятник архитектуры Дом печати эпохи конструктивизма находится на «красной линии» Екатеринбурга, то есть на главном гостевом маршруте, и является одной из его визитных карточек. В пешей доступности — театр оперы и балета, музкомедия, кукольный театр, музей советского детства, театр «Провинциальные танцы», молодежный креативный кластер «Салют». В самом Доме печати находится несколько ресторанов и театр «Тургенев». То есть тут можно культурно отдохнуть и вкусно поесть.

Кроме того, в Доме печати квартируют бизнесы, преимущественно относящиеся к креативной индустрии. 

То есть это здание знают и гости города, и сами екатеринбуржцы, и творческие предприниматели. Сейчас оно, точнее его крыша, стало предметом судебных разбирательств между арендатором и региональным органом охраны памятников.

DK.RU поговорил с арендатором, экспертами и выяснил позиции сторон.

Позиция арендатора

Станислав Цвеленьев, генеральный директор ООО «Татлинъ»:

— В апреле 2008 г. компания «Татлинъ» стала арендатором Дома печати. Собственником является Российская Федерация. Это памятник архитектуры федерального значения. Государство передало его в оперативное управление ФГБУК «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (АУИПИК), а АУИПИК — на основании тендера заключило договор аренды с нами (ООО «Татлинъ»).

Когда компания «Татлинъ» стала арендатором данного здания, оно находилось в совершенно упадочном и аварийном состоянии. В советское время здесь располагалась типография издательства «Уральский рабочий». Она находилась в цокольном этаже и на первых двух этажах здания, а третий и четвертый уже в 1990-х худо-бедно начали сдаваться в аренду мелким компаниям, которые сотрудничали с типографией. То есть ни единого облика, ни надлежащего технического состояния у здания не было.

Несмотря на то что договор аренды был подписан в апреле 2008 г., здание было передано ООО «Татлинъ» по акту-приема передачи помещений только в январе 2010 г. при участии судебных приставов, так как ИПП «Уральский рабочий» самостоятельно не освобождало помещения.

До 2020 г. ни со стороны АУИПИК как лица, которое распоряжается этим объектом, ни со стороны Минкульта СО, ни со стороны МУГИСО или Управления государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области (УГО ОКН СО) претензий к нам по поводу содержания и приспособления памятника не было. Компания в августе 2009 г. получила от регионального Минкульта ТЗ «На проведение работ по сохранению Объекта культурного наследия» и на основании ТЗ разработало научно-проектную документацию, далее поэтапно с 2010 г. начала производить ремонт.

На сегодняшний день в здание вложено 1,5 млрд руб. собственных средств, и расходы государству не предъявлены. Результаты работы нашей команды хорошо видны — Дом Печати стал одной из визитных карточек Екатеринбурга.

То, что происходит сейчас, а именно споры и суды, видимо, является следствием недоработанного законодательства. Дом Печати был внесен в Государственный список памятников истории и культуры Российской Федерации еще в 1974 г., но до 2002 г. понятия «предмет охраны» в законодательстве не было.

Изначально предмет охраны нашего объекта включал в себя:

• объемно-пространственное решение 4-этажного здания с подвалом и закругленной угловой частью;
• архитектурно-композиционное решение южного и восточного фасадов в стиле конструктивизма с чередующимися горизонтальными лентами стенового ограждения и остекления, и вертикальным остеклением объема лестничной клетки;
• архитектурное решение углового входа с заглублением;
• выступающий объем вертикально остекленной лестничной клетки на восточном фасаде;
• два открытых балкона с глухим ограждением на южном фасаде;
• северный фасад дворового пристроя на период 30-х годов;
• отделка фасада гладкой штукатуркой без декора;
• окраска фасадов колером среднего тона с матовой поверхностью;
• количество, форма и размеры оконных проемов;
• рисунок и темный цвет переплетов ленточных оконных заполнений; вестибюль 1 этажа в двух уровнях с двойным тамбуром входа;
• месторасположение и конструкция лестниц, полукруглая форма площадок восточной лестницы;
• свободная планировка в пределах несущего железобетонного каркаса 1930-х гг.
• элементы убранства интерьеров вестибюля, исторических лестничных клеток, (ограждения лестниц, рисунок дверных полотен, кессонированные потолки, гранитная скульптура В.И.Ленина и прочее);
• железобетонные конструкции несущего каркаса здания.

Все это сохранено в первозданном виде. Но внезапно в 2017 г. наш УГО СО начинает очень расширительно толковать содержание предмета охраны. И в нем появляется то, что раньше в проектной документации не фигурировало, например многоскатная форма крыши. А некоторые существенные позиции вообще были удалены из перечня предмета охраны — это свободная планировка в пределах несущего железобетонного каркаса 1930-х гг., которая уже была выполнена во время производства работ.

Многоскатная крыша Дома печати сейчас тоже на месте — это та самая крыша, которая была у здания изначально. Но проблема многоскатной крыши в том, что она приводит к скоплению осадков, образованию снежных карманов. Из-за этого фасады здания впитывают в себя атмосферные осадки, и в зимне-весенний период штукатурный слой фасада разрывается. И это происходит на протяжении десятков лет!

Изначально в выданном «Татлинъ» ТЗ №14-2009 от 26.08.2009 г. указано:

В целях ликвидации мест образования снеговых мешков, обледенения и разрушения водостоков и парапета со стороны уличных фасадов рекомендуется разработать вариант замены существующей двускатной кровли на односкатную кровлю со стоком во двор или плоскую.

А это, как вы понимаете, дорогостоящая процедура. Тогда у нас на это не хватило средств, но сейчас мы это и предлагаем сделать, а именно: заменить крышу на плоскую с устройством стоков во двор, где у нас располагается ливневая канализация. Соответственно, это уберет всю влагу и защитит шлакобетонные уличные фасады.

Но для этого теперь, согласно первоначальному перечню предмета охраны, нам нужно исключить из него крышу! Все это можно было решить в процессе разработки научно-проектной документации и в процессе переговоров с УГО, однако в досудебном порядке этого сделать не получилось. У нас вообще сейчас не получается наладить никакого адекватного взаимодействия с УГО, не говоря уже о какой-то рациональной помощи.

Мы платим государству ежемесячную аренду в размере 5 млн руб., оплата коммунальных услуг  составляет более 6 млн руб. ежемесячно, при этом вкладываем значительные средства на содержание, охрану, эксплуатацию и приспособление объекта.

Обратите внимание, что у нас на уличных фасадах нет наружных блоков кондиционеров (уличные фасады входят в предмет охраны). Это запрещено для ОКН, но у большинства обитаемых ОКН в Екатеринбурге они установлены, и ничего — все молчат. То есть мы стараемся досконально выполнять свои обязательства. Кроме того, мы не просто заполняем это здание любыми арендаторами, а выбираем их осознанно, делая Дом печати культурно-досуговым центром.

Тем не менее у УГО появился к нам ряд формальных претензий, которые ведомство озвучивает в судах. К ним относится то, что мы организовали кафе на крыше, сделали незаконный пристрой и вообще «угробили» памятник архитектуры.

Резюмируя, Дому печати повезло, что у него есть арендатор. Не повезло гостинице «Мадрид», и мы все видим, к чему это привело. Почему местный орган охраны памятников не встает на защиту существующего инвестора? Для таких объектов их очевидно очень трудно найти.

Если государство не имеет собственных ресурсов сохранить ОКН, почему оно не дает возможность сделать это частным инвесторам? Мы просто видим, что правила для всех разные — что прощается одним, другие вынуждены решать в судах.

В здание вложены баснословные деньги и продолжают вкладываться, но закон написан таким образом, что сделать нас виноватыми достаточно просто. А что потом? Все это уже смахивает на какую-то бессмысленную вендетту.

Позиция УГО ОКН СО

Претензии противоположной стороны сводятся к двум принципиальным пунктам:

1. Конструкция крыши (скатная металлическая кровля по деревянным стропилам и обрешетке) ранее была неоднократно зафиксирована в документах как основной элемент данного ОКН, в том числе в паспорте от 2006 г. Это особенность данного ОКН, она подлежит сохранению. Ее изменить нельзя.
2. Арендатор помещений ООО «Татлинъ» систематически проводит работы на объекте, не согласованные с органами охраны ОКН, что в ряде случаев повлекло изменения элементов предмета охраны памятника и утрату исторического облика. Имеется в виду одноэтажный пристрой с эксплуатируемой кровлей, обладающий признаками капитального строительства со стороны северного дворового фасада (объект охраны).

Все это изложено в «Возражении на заявление о признании незаконными решений и действий органов, осуществляющих публичные полномочия» УГО ОКН Свердловской области. Документ имеется в распоряжении редакции.

Во дворе Дома Печати, выход на ул. Тургенева, фото DK.RU

Мнения экспертов

Юрий Курашов, начальник экспертно-аналитического отдела ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России», архитектор-реставратор:

— Крыша как конструктивная часть здания в случае с Домом Печати не участвует в формировании облика здания, так как закрыта высоким парапетом. Зрительно это создает впечатление плоской кровли, чего и хотел добиться архитектор.

Во времена, когда строили эти дома, плоские кровли делать еще не очень-то умели. Но архитекторы-конструктивисты очень хотели необычности и новизны. Поэтому в Екатеринбурге много зданий конструктивизма с фасадами, прежде всего уличными, «без крыш и карнизов». Как, например, все периметральные здания в Городке чекистов с высокими парапетами и односкатными крышами во двор. 

Скоро начнутся работы по реставрации и приспособлению гостиницы «Большой Урал». Это аналогичный памятник архитектуры, но там крыши в предмет охраны не включены. Проектом предлагается сделать плоские крыши с внутренними водостоками, которые наиболее отвечают принципам конструктивизма и архитектуре этого здания. Кроме того, в «Большом Урале» есть исторические наружные террасы, которые будут восстановлены. Никаких вопросов к разработанному и утвержденному предмету охраны памятника федерального значения «Здание гостиницы «Большой Урал» не возникало.

Определение предмета охраны — очень ответственная работа для профессионалов, которых зачастую не хватает в органах государственного управления в области охраны объектов культурного наследия. К сожалению, в органах охраны памятников на руководящих должностях довольно много юристов, которые часто несведущи в вопросах архитектуры, технологии реставрационных работ или современных нормах проектирования.

Относительно судов по поводу крыши Дома Печати: представители управления сейчас просто занимаются защитой своего мундира, как они это понимают. Не истины ради, а примерно в таком ключе: когда-то уже уволившийся или ушедший на пенсию сотрудник самовольно дополнил предмет охраны, передал на подпись руководителю, и теперь действующие чиновники стоят горой за все ранее ими сделанное.

Приходится повторять: к сожалению, до сих пор в управлении нет установленного порядка рассмотрения и принятия предмета охраны, да еще и спор возникает, в каком виде этот предмет охраны подавать и утверждать… Но даже сейчас есть простой путь для чиновника — есть сомнения, передай для обсуждения специалистам в собственный научно-методический совет, созданный еще в 2016 г.

Законом допускается хозяйственная деятельность, необходимая для функционирования объекта культурного наследия. Размещение кондиционеров и труб вентиляции — это вообще-то хозяйственная деятельность, это не строительство. Тотальный запрет на размещение такого оборудования на фасадах, не отнесенных к предмету охраны, — это избыточное требование. Что происходит в голове чиновника, сказать сложно.

Подозреваю, что избыточные запреты устанавливаются людьми с низкой профессиональной квалификацией, поэтому они боятся любого отступления от сомнительных с точки зрения здравого смысла правил. Они страшно боятся людей в синих погонах, боятся «негативного» мнения неких общественников. Если ты профессионал, чего ты боишься?

Евгений Евстифеев, юрист, заместитель председателя Комиссии ОПОРЫ РОССИИ по развитию бизнеса, сохраняющего историко-архитектурное наследие:

— Более 15 лет компания «Татлинъ» поддерживает памятник в удовлетворительном состоянии, систематически проводит работы по ремонту, реставрации и приспособлению для современного использования. Простыми словами: благодаря усилиям арендатора здание обрело новую жизнь, и сегодня это одна из ключевых точек притяжения туристов в городе.

По заказу «Татлинъ» в 2016-2017 гг. был разработан проект предмета охраны и направлен на рассмотрение в Управление государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области. 

Управление должно было рассмотреть проект и в течение 30 рабочих дней принять акт о его утверждении, а в случае несогласия вернуть документы на доработку с мотивированным обоснованием причин возврата.

Фактически же при рассмотрении УГО ОКН включило в утверждаемый предмет охраны дополнительные элементы, в том числе многоскатную форму крыши. Отмечу, что действующее законодательство не предусматривает такого маневра по «доработке проекта силами государственного органа».

В сложившейся ситуации, опираясь на требования действующего законодательства, считаю, что арендатор со своей стороны действует законно. 

В любом случае решение этого спора уже остается за судом. Хочется пожелать справедливого завершения данной истории в целях дальнейшего надлежащего сохранения памятника его владельцем.

Читайте также на DK.RU: Семь кругов ада. Как приватизировать и ревитализировать дом-памятник.