Александр Давыдов: «Екатеринбург без мифа — просто набор улиц и зданий»

В честь 300‑летия города на здании УрФУ появился мурал с изображением Святой Екатерины Александрийской. Он выполнен в технике 3D‑иллюзии: объемная фигура святой словно спрятана в нарисованной нише. Это масштабный шаг к формированию вдохновляющей образовательной среды. Он поддержан властями и ждет финансовой поддержки тех, кому важно будущее города.

Особенно выразительно работа смотрится в темное время суток: на мурал проецируются нимб и надпись «Святая Екатерина Александрийская — покровительница наук, знания и учения». В 2025 г. еще один мурал с изображением Святой Екатерины украсил холл гимназии № 40. 

Создание муралов инициировало Екатерининское общество, чтобы подтолкнуть горожан к разговору: как образ Святой Екатерины может помочь переосмыслить город по-новому — не как условную точку на карте, индустриальный центр, а как живое пространство со своей идентичностью, ценностями и потенциалом для развития.

Об этом в интервью на DK.RU размышляет Александр Давыдов — предприниматель, основатель компании NAUMEN и один из создателей Екатерининского общества. 

Имя «Екатерина» в названии Екатеринбурга вызывает ассоциации то со Святой Екатериной, то с Екатериной I. Какой из этих образов исторически был первичным — и как противопоставление этих двух фигур помогает сформулировать возможные пути развития для человека и общества?

— В имени города сошлись два образа Екатерины — и каждый рассказывает свою историю. Судьба Екатерины I звучит как предостережение. Два года правления — и она, потакая своей «внутренней обезьяне», умерла от обжорства и пьянства.

Другой пример — Святая Екатерина. Она напоминает, что в человеке живет не только «внутренняя обезьяна», но и образ Бога. Пример святой Екатерины говорит, что человек способен на духовный рост и на подвиг. Именно такой пример, как показывает история, создает опору обществу.

В православной культуре, которая была основой жизни в 1723 г., имя города несло сакральный смысл. «Екатерина» означало прежде всего святую — и этот духовный код задавал городу вектор развития. Об этом свидетельствует и строительство Екатерининского собора.

Сейчас это сложно понять, города называют по фамилии. В православной России культура была другая. Город и тогда называли в честь личности императрицы, но называли именем ее святой.

Вот я вроде православный, но долго не понимал, мешали стереотипы, когда все вертится вокруг человека. Потом я понял: верующими тогда были ВСЕ, и в центре их мира стоял Бог. Как следствие, каждый человек носил имя святого, чтоб идти к Богу.

Потом Бога убрали, в центре встал человек, и имена святых превратились в незначащие. Петр, Мария, Екатерина, Иван стали набором букв — значения имен исчезли.

В начале 18-го века святые имена были актуальны, им ежедневно молились. Праздновали не день рождения, а день святого. Все 100% русских крестились в имена святых. 100% русских не могли представить, что «человечье» имя — это не имя святого.

И Екатеринбург для всех носил имя святой, данное в честь императрицы. «Трофейная» жена Петра, Марта Скавронская, получила новое имя в православном крещении и передала «идеальное» имя святой Екатерины городу, чтобы ее, совсем «неидеальную» императрицу, город помнил и вечно молился, облегчая участь ее души. Противоречит нашим стереотипам, но в православной России 17-го века это само собой разумелось.

В XVIII веке Екатеринбург находился на подъеме — это был период расцвета уральской металлургии. Когда город укреплялся как горно‑металлургический центр, имя Святой Екатерины имело первостепенное значение: оно было всем понятно и прочно укоренилось в общественном сознании.

В XIX веке ситуация менялась: из‑за отсутствия технического перевооружения уральская промышленность пришла в упадок. Тем не менее память о былом расцвете и связанная с ним традиция сохранялись, поддерживая значимость первоначального имени города.

Со временем православная традиция слабела. Во второй половине XIX века связь с религиозным смыслом имени размывалась. А с приходом советской власти город понадобилось переименовать в Свердловск и объявить, что Екатеринбург — это город Екатерины I. Имя императрицы с такой биографией звучит «позорно». И все легко забыли прежнее название — Екатеринбург.

Тогда подавление православия и снос Собора заставили людей забыть и о Боге, и о Святой Екатерине. Новое поколение уже не видело в прежнем имени города ничего, кроме топонима — просто слова, лишенного исторической памяти.

Почему так важно вернуться к первоначальному смыслу названия города?

— Если мы вспомним, что наш город — это город Святой Екатерины, откроются новые смыслы. Образ святой — ориентир: он говорит о выборе высших ценностей. Это не про именование, а про осмысление. У каждого есть выбор — идти к Богу или к бесовщине, к острову Эпштейна.

Екатеринбург, как и любой город, не может быть только «святым» или только «бесовским». В нем есть обе грани — и они проявляются в разные эпохи. Это вечная борьба начал.

В 1918 г. город увидел «бесовщину» во всей ее жестокости — убийство царской семьи. Но это не случайность: то, что было посеяно в 1905 г., дало свои плоды. В 1990‑е снова проявились те же разрушительные силы.

Но есть и другая сторона — образ Святой Екатерины. Он напоминает о выборе в пользу высших ценностей — добра, науки, просвещения. В Екатерининском обществе появилась идея «Санкт‑Екатеринбурга» — как напоминания, что город может быть пространством духовности.

Выбор за нами. Но надо понимать, что настоящее развитие начинается там, где вы над первой операционной системой «внутренней обезьяны» ставите «вторую операционную систему» от Бога — разум, мораль, духовность.

Почему именно Санкт-Екатеринбург? Чем обусловлено такое название?

— Для понимания — не предлагаю переименовывать город, а предлагаю развивать параллельный городской бренд «Санкт‑Екатеринбург». Звучит выразительно и сразу вызывает ассоциацию с Санкт‑Петербургом. Это удачное решение, подкрепленное еще и тем, что оба города — и на Исети, и на Неве — возникли при Петре, с разницей примерно в 20 лет. Такая связь позволяет опереться на образ северной столицы, заимствовать ее положительный потенциал.

Кроме того, подобное имя подчеркивает претензию Екатеринбурга на статус «третьей столицы». В последние 10 лет ощущение столичности города заметно ослабло, а оно необходимо — не просто как символ достатка и комфорта, но и как выражение определенной дерзости и вызова.

Речь идет не только о материальном благополучии и возможностях заработка, но и о культурной составляющей, о способности задавать тон в масштабах страны. «Санкт‑Екатеринбург» в этом контексте звучит почти как сакральное имя — оно несет в себе вызов и заявляет о столичных амбициях.

Сегодня главным конкурентом в этом смысле можно считать Казань, но есть важное различие: Казань была «взята», а Екатеринбург, как и Санкт‑Петербург, — создан.

И еще один важный момент. На образе Екатеринбурга лежит тяжелое историческое клеймо — убийство царской семьи. Для большинства жителей города эта тема во многом вытеснена из повседневного сознания: о ней вспоминают лишь эпизодически, например во время ежегодного Крестного хода. Однако на международном уровне Екатеринбург зачастую ассоциируется именно с этим трагическим событием. И этот образ действует как своего рода негативный маркер, накладывающий отпечаток на репутацию города.

Изменить это восприятие — задача непростая. И по сути название «Санкт-Екатеринбург» можно рассматривать как форму покаяния: город тем самым признает святость этого семейства.

Как образ Святой Екатерины может стать частью городской идентичности?

— Это возможно не по директиве сверху, а благодаря поддержке самого общества. Я убежден, городу нужен Храм Святой Екатерины на его историческом месте, но успех этого проекта невозможен без широкого общественного обсуждения, без привязки к сформированным ценностям горожан.

Чтобы храм обрел значимость, он должен отвечать запросам сообщества. Иначе он рискует остаться лишь формальным элементом городского ландшафта, просто туристическим объектом.

Мне представляется это важным, потому что Екатеринбург — это своего рода «нерассказанный город». В отличие от Москвы и Санкт-Петербурга, у нашего города пока нет ярко выраженной культурной нарративной основы. Москва широко представлена в литературе и массовой культуре — о ней создано множество текстов и образов. Петербург во многом «рассказан»: его улицы, здания и в целом атмосфера обросли литературными сюжетами, стали узнаваемыми символами.

Екатеринбург же пока не получил подобного осмысления. Его история недостаточно изучена и освещена, не сформировались мифы и легенды, которые могут поддерживать эмоциональную связь жителей с Екатеринбургом.

Почему это важно?

— Это важно, чтобы у Екатеринбурга появилось новое измерение — не физическое (здания и улицы), а смысловое. Если дети будут расти в городе, наполненном смыслами и легендами, у них сформируется более тесная эмоциональная связь с местом. Повзрослев, они с большей вероятностью останутся здесь, будут вкладывать силы и энергию в развитие родного города, а не уедут в поисках лучшей жизни в Москву или другие мегаполисы.

Сейчас город развивается физически: строятся крупные здания, спортивные арены и другие объекты инфраструктуры. Людям дают «хлеб и зрелища», но не дают смыслов.

Нам представляется важным сформировать своего рода символьный каркас города, осознание изначальной связи Екатеринбурга с именем Святой Екатерины. Это имя было первичным, задавало изначальный смысл и духовную опору. Со временем оно отошло на второй план, теперь важно его вернуть в общественное сознание.

Как Святая Екатерина может войти в символическое пространство Екатеринбурга?

— Екатерининское общество делает шаги в этом направлении. Одна из инициатив — размещение в образовательных учреждениях муралов с изображением Святой Екатерины. Такие художественные работы не просто украшают стены — они ежедневно взаимодействуют с детьми начиная с младших классов, пробуждают интерес к знаниям и помогают формировать ценностные ориентиры.

Есть готовые эскизы для муралов — среди них, к примеру, вариант с изображением святой Екатерины на фоне средневекового города. Компании города могут выбрать понравившийся эскиз, профинансировать создание мурала и разместить на нем свой логотип — так бизнес получит возможность войти в историю, оставив заметный след в жизни Екатеринбурга.

Чтобы расширить взаимодействие со школьниками, к муралу можно добавить QR‑код. Он откроет доступ к дополнительной информации: зрители смогут узнать историю создания работы, разобраться в заложенных автором идеях или познакомиться с событиями, связанными с проектом. Потенциально инициатива может охватить 160 школ Екатеринбурга. Это масштабный шаг к формированию вдохновляющей образовательной среды.

Параллельно перед нами стоит еще одна задача — масштабировать проект по «рассказыванию» истории Екатеринбурга. Для этого необходимо развивать контент: создавать книги, мультимедийные материалы и другие ресурсы, которые помогут лучше понять характер города.

Превращение Екатеринбурга из «набора улиц и зданий» в пространство со своей идентичностью — это путь, требующий и времени, и совместных усилий. Но он открывает возможность переосмыслить город, где традиции и современность, духовность и прогресс, дополняя друг друга, формируют атмосферу места, в котором хочется жить и развиваться.

Читайте также на DK.RU:

>>> «Школьники ощущают себя дебилами, потому что школа прививает им комплекс неполноценности»

>>> Жизнь в уродливом городе приводит к низкой рождаемости и депрессии — Александр Давыдов

>>> Александр Давыдов: «Драйвером экономики должна стать семья. Процесс уже начался»