Меню

«Это уже не бедность, это близко к нищете. Россияне хотят перераспределения доходов»

Наталья Зубаревич. Иллюстрация: wikipedia.org

«Рапорты не соотносятся с самоощущением людей». Регионовед Наталья Зубаревич рассказала о ситуации в стране: убыль населения, падение доходов, недостаток финансирования в большинстве регионов.

Профессор кафедры экономической и социальной географии России МГУ им. Ломоносова Наталья Зубаревич выступила в Совете Федерации в рамках программы «Время эксперта». Она рассказала, от каких проблем стране не уйти и что сделать, чтобы россияне ощутили экономический рост. Главное из выступления — в материале DK.RU.

Все проблемы, с которыми мы сталкиваемся, придется решать, или к ним придется адаптироваться.

Демография

— Естественная убыль за 2019 год будет больше 300 тысяч человек. Это естественная динамика, не перекрываемая миграцией. Численность населения будет сокращаться до середины 2020-х годов. Рожает крошечное поколение, умирает растущее, так будет происходить, пока не начнет рожать поколение, которое появилось на свет в период нашего короткого демографического подъема.

Можно ли что-то с этим делать? Вопрос. Нужно принимать решение по миграциям. Денежное стимулирование женщин рожать больше уже не работает. Уже даже в Дагестане средняя рождаемость на женщину — 1,86. Даже Дагестан себя не воспроизводит. Мы должны понимать, что это эхо войны.

У нас все хорошо только в столичных агломерациях — Москва с Московской областью, Питер с Ленинградской областью. Пока еще как-то на Северном Кавказе, но и оттуда идет отток населения. Весь Дальний Восток депопулирует, практически вся Сибирь.

Никаких простых методов и способов решения проблемы не существует, за исключением стимуляции других крупнейших городов.

Регионы России

— Неравенство регионов РФ остается стабильным. Картинка постоянная, в этой картинке самое тяжелое — не неравенство экономическое, хотя оно велико. Самое тяжелое — гигантская середина. Это регионы, у которых нет явных конкурентных преимуществ, там не за что зацепиться, там нужно улучшать прежде всего институты, правила, по которым мы живем.

Аутсайдерам помогают, дают деньги, но больше всего людей в середине. Пока не начнет двигаться вперед середина, устойчивого развития экономики в стране не будет. Все стягивается на Москву, так устроена наша система.

В рентной стране рентные налоги должны собираться в центральный бюджет, это правильно, а затем перераспределяться. Вопрос к качеству перераспределения, он ключевой для развития России.

Я могу сказать одно: бесконечный поток трансфертов республикам Северного Кавказа не дает практически никакого эффекта с точки зрения роста.

Читайте также: «Понты власти не спасут экономику и демографию. России придется нелегко весь XXI век»

Кризис

— Как мы выходим из кризиса? Это кризис не про промышленность, три больных места этого кризиса — это инвестиции, доходы населения и потребление.

Почти все индустриально развитые российские регионы по инвестициям резко пошли вниз. Держится, как всегда, Москва, держатся новые газовые регионы, например, Ямал. Кто основные получатели инвестиций в стране? С 2014 года усилилась доля двух мощнейших регионов — Москва и область, Тюменская область с автономными округами, но и там деньги идут в основном в округа.

Это предопределяет развитие страны. Та самая середина и даже относительно развитые регионы получают недостаточно денег для развития. Это не бюджетные деньги, это решение бизнеса: он идет туда, где эти деньги отобьет, он лирикой не страдает.

Каждый кризис бьет по людям сильнее, чем по экономике. Это связано с нашим рынком труда. В 90-е это были огромные задержки по заработной плате, сейчас используется другой инструмент: неполная занятость, сокращенная рабочая неделя.

Мы за четверть века стали совсем другой страной. Страной с огромным неравенством по доходам. Особенно большой рывок по неравенству был совершен в период экономического роста. Все росли, но рост распределялся неравномерно. Пока доходы беднейших слоев населения росли, люди как-то к этому адаптировались. В условиях падения запрос на перераспределительную политику будет расти. Пришло время некоторых политических решений.

Прожиточный минимум не растет так быстро, как индекс потребительских цен. Из-за этого наша бедность за период кризиса выросла так сильно. Сейчас ее нужно будет опускать вдвое, а прожиточный минимум во многих регионах — 9500 рублей, и его не опустишь, его нельзя опустить, потому что он очень низкий.

У меня очень интересный вопрос. Как в Тыве с 41% бедности они выйдут на плановые то ли 15% то ли 17%? Я этого не понимаю. Все рапорты о том, что мы чего то достигли, должны соотноситься с ощущениями людей.

Субъективная бедность, то, как ощущают ее люди, еще выше: 1% населения не хватает даже на еду, 14% на еду хватает, а на одежду и обувь уже не очень. Я скажу недобрые слова, но это уже не бедность, это близко к нищете. Как бы статистически ни снижали бедность, люди будут воспринимать ее по-другому, они живут по ощущениям.

Власти нужно искать золотую середину между экономическим неравенством и социальной политикой. Золотая середина в каждое время разная. Желательно, чтобы в это не вмешивалась геополитика — а у нас она активно вмешивается.