Опасно, но интересно. Экстремальные ситуации в путешествиях: когда риск оправдан?

Тревел-фотограф Станислав Белоглазов продолжает делиться с DK.RU опытом своих путешествий по самым удаленным уголкам планеты. В первой части нашего интервью мы обсудили экзотический туризм, а сейчас поговорим об экстриме, за которым в эти туры едут путешественники.

Вообще такой туризм, в основном, недешевый, особенно перелеты.

Если лететь бизнес-классом и жить в приличных отелях, допустим, на Карибах, то затрат на миллион-два, если выбрать эконом, то полмиллиона на все достаточно. Есть и более дешевые варианты, конечно. Перед Новым годом делал индивидуальный тур в Армению по street-photo, там расходов было на 100 тыс. руб., — рассказывает Станислав Белоглазов.

Экстремальные ситуации, с которыми сталкиваются туристы, запланировать невозможно, но можно быть к ним готовыми. Именно поэтому ехать в экзотические страны лучше с организатором, дикий турист может столкнуться с тем, что называется «обстоятельствами непреодолимой силы».

«Страховка нужна обязательно, — комментирует Станислав, — но по большому счету трудных ситуаций лучше просто избегать».

О некоторых из них — в этом материале.

Политические разборки в Африке

Буркина-Фасо (Западная Африка, бывшая французская колония)

— Политическую ситуацию в той или иной африканской стране изучить заранее невозможно. Здесь это всегда выясняется на месте. Интернет не поможет: читать туристические форумы бесполезно, даже Форум Винского или тематические чаты, — если там кто-то был полгода назад, не факт, что все осталось так же. Сейчас происходит передел Африки: Франция, Европа теряют контроль над бывшими колониями, правительства также не везде контролируют свои территории и поддерживают правопорядок.

В страны, где у власти местный диктатор, ехать зачастую безопаснее, чем туда, куда недавно привнесли «демократию». Политическая турбулентность в африканских странах подогревается внешними государствами, которые хотят осваивать земельные недра и добывать полезные ископаемые. Для этого им надо выселить с мест обитания местные племена и загнать их в резервации. Такое, например, происходит в Эфиопии. Очень скоро путешественники не найдут аутентичных племен мурси или хаммеры на их землях, а в резервациях уже не будет аутентичности.

По этой причине на планете сейчас много точек, которые надо успеть посетить, пока там еще не сменилась власть, пока местное население не загнали в озлобленное состояние, а их территории не начали контролировать чьи-то войска.

Когда я в первый раз был в Буркина-Фасо, там шли демонстрации за свержение местного диктатора. Один из фотографов, который путешествовал с нами в группе, захотел посмотреть, что это, и мы туда залезли.

Демонстранты оказались веселыми ребятами и чем-то напоминали русских с плакатами «Мир. Труд. Май». В целом атмосфера была позитивная: никто злобно не смотрел — ни демонстранты, ни полицейские, которые охраняли процессию и следили за порядком. Если эмоциональная атмосфера накаленная, то это может быть сигналом, что с мероприятия лучше свалить, но здесь было не так. Мы мирно прогулялись, не скрывая фотоаппаратов, свободно всех фотографируя.

Здесь же, в Буркина-Фасо, несколько месяцев спустя после свержения диктатора начались переделы власти. В какой-то момент столицу захватила одна из террористических группировок. Первое, что они сделали, — закидали гранатами дорогие гостиницы, рестораны и кафе, включая самый крутой отель с кучей иностранцев.

Не стала исключением кафешка, которую открыли выходцы из Советского Союза, которую мы опознали по матрешкам в витрине и где с удовольствием когда-то обедали… К сожалению, основатели погибли во время этого нападения и в следующий наш приезд пришлось искать другое достойное заведение для обеда.

Когда приходится быть депортированным

Допустим, в стране, в которую вы направились, начались демонстрации против правительства, ориентированного на французские элиты, и демонстранты вышли на улицы с российскими флагами. В этой ситуации вас могут в эту страну не впустить. Просто из вредности, а не по закону. Не поможет даже виза, заранее сделанная в Москве и вклеенная в паспорт.

Предугадать такое невозможно: обстановка в государстве может поменяться, пока вы летите в самолете. Поэтому надо быть готовым к тому, что вас депортируют.

И договориться на месте будет невозможно, если сверху спущен приказ. Поэтому, если не располагаете достаточным количеством средств, чтобы на ходу поменять план путешествия, лучше ничего не оплачивайте заранее. Да и вообще, езжайте туда, где все спокойно и предсказуемо.

Однажды мы так прокатились до Мали и обратно… Через Турцию и Марокко — и снова через Марокко и Турцию в Россию. А наутро купили новые билеты в один конец, чтобы продолжить запланированное путешествие по Мавритании, Кабо-Верде, добавив Сенегал вместо огрызнувшейся на нас Мали (в лице ее тогдашних властей).

Экзотика традиций

Местные племена в некоторых частях Африки часто воюют между собой и поэтому никогда не расстаются с оружием. В путешествии по Южному Судану мы фотографировали племена мундари. Мундари спят на коровах, моются в моче коров, посыпают кожу пеплом сгоревшего навоза вперемешку с сухой глиной, чтобы мухи не кусали. Покрывшись этой коркой, мундари идут пасти свои стада на берега Нила, не забыв прихватить с собой автоматы Калашникова.

Лагерь мундари постоянно окутан дымом тлеющих куч высушенного навоза. На рассвете, когда солнце поднялось уже достаточно высоко и стало жарко, я решил выйти из лагеря подышать свежим воздухом, а заодно осмотреть водоемы поблизости. Меня хватило на пару минут: комары, слепни и какие-то кусачие мухи — все это моментально налетело на меня: «О! Еда!». Пришлось как можно быстрее ретироваться в пахучий смог.

Там же, в Южном Судане, гид открывал газету и показывал нам, что позавчера на племя, в чью деревню мы планировали поехать, напало другое племя, деревню выжгли, мужчин истребили, женщин и коров угнали в свои поселения. Маршрут приходилось менять.

И далее нас сопровождали два военных с «калашами». Они не сомкнули глаз ни на минуту, по очереди вглядываясь в придорожные кусты, стоя в кузове пикапа, потому что путешественников могут не только убить и ограбить, но еще и использовать как генетический материал.

Бывало, отловят какого-нибудь путешественника, утащат к себе, закинут в домик: вот тебе жена, вот тебе еда, питье, живи. Месяц другой пожил, она забеременела, а его в расход. Если не забеременела, тоже в расход — зачем ты такой нужен. Так вот и борются с опасностью вырождения, обновляют генофонд, так сказать.

Кстати говоря, традиции, связанные с обновлением генетики, довольно разнообразны и интересны. Прибыли мы как-то на Кюрсале — грандиозный праздник туарегов, который проводится посреди пустыни в Нигерии.

Гонки на верблюдах, танцы и песни, все солидно, есть ведущий с микрофоном, делегация с министром и прочими государственными чинами под навесом.

Кроме официального праздника туарегов там проходит не менее зрелищное сборище другого племени — водаабе. Днем это выглядит как конкурс красоты среди мужчин — высоченные размалеванные представители самых дальних деревень собираются в круг и танцуют, высоко подпрыгивая, выпучив глаза и высунув языки. И да, в паузах быстренько достают пудреницы с зеркалами и косметику, поправляют свой боевой макияж.

Но это днем, а ночью праздник превращается в нечто другое, ритуальное и неожиданное для представителей европейских культур.

Со всех деревень сюда съезжаются самые красивые женщины, причем замужние, детородного возраста и здоровые — их выбирали и снаряжали всей деревней, включая их мужей и детей. Эти женщины смотрят на танцующих мужиков, знакомятся, общаются, и, если мужчина отвечает взаимностью, живут вместе дня три-четыре или чуть более — пока праздник продолжается. Потом складывают в повозку свои круглые домики или палатки и не спеша катятся домой на осликах, везут в семью и деревню нового красивого ребеночка.

Это у нас на первом свидании не принято, а у них все оперативнее — обменялись генофондом и разбежались по своим семьям. Это делается с целью выживания всего народа. Даже развратом такое не назвать. Все очень прагматично и разумно.

Почему русских любят и почти везде пускают

Йемен (Ближний Восток, юго-запад Аравийского полуострова), племена маори (Новая Зеландия), Республика Вануату (юго-западная часть Тихого океана)

Когда европейцы или американцы разрабатывают недра в странах третьего мира, они оставляют местному населению 15% добытого, остальное уходит тем, кто разрабатывает. Как правило, эти 15% делит между собой элита. Понятное дело, без развитых стран они бы и этого не добыли, но…

Советские «колонизаторы» оставляли куда как больше. Исходя из принципов построения коммунизма, доходы от добычи полезных ископаемых тут же шли на стройку больниц, школ, электростанций и опреснителей. Да не только это, своего добавляли немало.

В Йемене до сих пор пользуются электричеством, которое вырабатывают станции, построенные Советским Союзом, и пьют воду из опреснителя, поставленного им же. За три десятка лет после распада СССР никто из новых властей не построил ничего нового, под кем бы эти власти ни работали.

Незадолго до текущей войны мы катались по Йемену за рулем частной машины и спокойно проезжали все блокпосты. Обычно хватало сказать, что мы русские, и в ответ раздавалось: «О, русские, уважаем, почет — гуляйте!». Причем русских одинаково уважительно встречали как северяне, так и южане — воюющие между собой части Йемена.

А вот в совершенно другой части света, в Новой Зеландии, мы как-то заглянули в гости к коренному народу — маори. Остановились мы на парковочке у таблички «Не въезжай!» и пошли прогуляться, посмотреть, что тут такого невъезжательно-запретного. Оказалось, дома этих самых маори с видом на океан и какие-то океанические плантации. Встретили нас реально крупные ребята, страшные и в татухах. Проводили, показали, как они выращивают огромных мидий, как вытряхивают их из панцирей, как проглатывают их сырыми не жуя. Очень гостеприимные товарищи оказались.

Особенно впечатлил всех главарь этой артели. И не только тем, как он мидий глотал. У него была толстая засаленная коса до земли — как хвост бобра.

Мы никогда не ломимся в места с такими табличками, но всегда пытаемся договориться. И чаще всего это удается.

А если лететь еще дальше, правее Новой Зеландии, то можно прилететь в Вануату.

Республика Вануату — бывшая французская колония. Страна расположена на архипелаге Новые Гебриды в Тихом океане. Всего в архипелаге 83 острова, некоторые из них необитаемые. Столица Вануату — город Порт-Вила на острове Эфате. 

Когда в 2012 г. мы собрались лететь со столицы архипелага на остров Танна (очень нам хотелось посетить вулкан Ясур, который все время извергается), наш небольшой турбомоторный самолет задержали, потому что загружали на него съемочную бригаду Джеки Чана.

На главный остров Вануату он прилетел на собственном джете, но нужный островок никак не смог бы его принять — слишком маленькая взлетно-посадочная полоса. Джеки затеял снимать часть эпизодов фильма «Доспехи Бога 3» там же, около извергающегося вулкана.

Так вот, те ребята на Вануату, с которыми нам удалось поговорить (гиды, таксист и пилот самолета) очень сильно не любят французов, хотя с детства говорят на их языке. Им нравится Россия — как единственная страна, которая затеяла бороться с гегемонией американцев и хоть как-то противостоит колониализму на этих территориях.

Режимные и религиозные объекты

Медина (Саудовская Аравия), Республика Южный Судан (Восточная Африка)

В городе Медина находится Мечеть Пророка, вторая святыня ислама после Мечети аль-Харам в Мекке.

Медина — туристический центр, кто угодно может побывать в городе, но всегда возникает вопрос, можно ли заходить в Мечеть Пророка и на площадь перед ней (если ты не мусульманин). Как оказалось, до пяти вечера можно, а вот после начинаются вопросы — кто ты, откуда, куда идешь, мусульманин ли ты.

Если меня останавливают, я всегда отвечаю честно. Поведение местного полицейского оказалось вполне разумным. Он проводил меня до автомобиля, помог оплатить парковку и убраться восвояси — собирать по близлежащим кофейням улизнувших от охраны товарищей.

Интересно, что полицейские в исламских странах, проверяя — мусульманин ты или нет, иногда начинают зачитывать по-арабски первые стихи из Суры.

Несколько более жестко с нами поступили в Южном Судане, когда мы снимали бой мундари (традиционные показательные бои). Поначалу мы были почетными гостями, но быстро сбежали с VIP-трибун, чтобы быть поближе к основному действию. И по окончании состязаний нам не удалось с комфортом добраться до авто с нашим гидом-водителем. Меня с моим товарищем «приняли» крепкие ребята, после того как мы направили фотоаппарат на некоего человека в форме, который повздорил с человеком не в форме… Оказалось, такие разборки там не принято фотографировать.

Пришлось покататься с ребятками, вооруженными автоматами, по местным пустырям да по встречам с местными старейшинам: все решали, кто мы и что с нами делать. Только звонок от какого-то генерала расставил все на свои места, и нас, изрядно проголодавшихся, доставили в обратно в отель.

По пути нам успели показать местную тюрьму — она же полицейский участок столицы Южного Судана — Джубы, где мы стали свидетелями того, как местные военные выручали из главной тюрьмы страны своего друга.

Пара десятков вояк на пикапах с крупнокалиберными пулеметами ворвались на территорию тюрьмы на пикапах с автоматами.  К тому времени уже стемнело. В помещении, где нас держали и где происходили эти разборки, горели только две тусклых лампочки. Мы могли видеть силуэты людей и какое-то время просто слушали крики, а потом раздался характерный щелчок затвора калаша и десяток аналогичных лязганий в ответ. Мы предпочли отодвинуться за бетонные колонны… Но стрелять никто не начал.

Вояка, которого арестовали, всего-то устроил пьяный дебош в местечковом баре. Это нам пояснил водитель по пути в отель. А вот освободили его или нет, мы так и не поняли.

Резюмируя…

Наиболее опасные точки в путешествиях часто — не самые бедные территории, а те, где есть запрос атаковать туристов ради политического хайпа, где происходит смена политических режимов и так далее. Это могут быть как раз самые дорогие отели и центры туризма.

В общем, жизнь вся опасна: за рулем ездить опасно, кирпичи на головы людям падают, метеориты прилетают. Проблемы со здоровьем — опасно, оказаться одному далеко от дома, друзей и родственников — тоже. Опасны люди, но люди и помогают. Как отвечал мой инструктор по парапланам на вопрос «Как выкручиваться, если попал в ж.пу?» — «В ж.пу попадать не надо».

Читайте также на DK.RU: В гости к племени мурси или на жертвоприношение в Непал. О путешествиях необычного формата.

Фотографии: Станислав Белоглазов