В Екатеринбурге создана индустрия для восстановления ОКН. Что это значит?

По состоянию на октябрь 2025 г. в Екатеринбурге официально числится 863 объекта культурного наследия (ОКН). Это делает город одним из лидеров среди городов-миллионников по количеству таких зданий.

Основная проблема заключается в том, что многие памятники разрушены, но никто не берется за их восстановление, потому что это очень дорого. У местных властей таких денег нет, а у предпринимателей нет к ним интереса. Они напрямую заявляют, что такого понятия, как окупаемость, в сфере восстановления ОКН нет.  

Вице-мэр Екатеринбурга Рустам Галямов рассказал, что с 2016 г. екатеринбургская администрация смогла продать 28 объектов культурного наследия, выручив с этих сделок около 800 млн руб. А инвесторы, которые приобрели памятники, вложили в их сохранение порядка 2,5 млрд руб. 

Каждый год на выставке 100+ TechnoBuild собирается пул экспертов, которые обсуждают восстановление ОКН. Ежегодно они характеризуют этот процесс эпитетами типа «Ситуация на букву «ж». В этом году, впрочем, наконец-то отмечены улучшения.

Президент Гильдии строителей Урала Вячеслав Трапезников завил, что в регионе появилась индустрия восстановления памятников архитектуры.

У нас за последние год-два качественно изменилась ситуация в этой подотрасли. Пять лет назад не было такого, чтобы кто-то пошел реставрировать памятник по доброй воле — либо это было по личной просьбе губернатора, либо случайная история. Тогда не было индустрии для этого, но давайте констатируем — эта индустрия создана. У нас есть компании, которые системно и профессионально занимаются этим как бизнесом. Да, он не самый доходный, но бизнес-модели сшиты, решения найдены, есть механизм, есть компетентный и заинтересованный государственный орган, — отметил он.

Часть экспертов связывает перелом в ситуации с памятниками с тем, что в феврале 2026 г. в региональном управлении государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области сменился руководитель. В частности об этом сказал основатель центра недвижимости МАН Николай Савин.

Теперь стало возможно вести диалог с властью и сроки рассмотрения документации по памятникам стали совсем другие. В этом году произошло чудо — разрешили на фасады памятников архитектуры вешать кондиционеры, — рассказал он.

Он также сориентировал присутствующих по стоимости реконструкции ОКН в Екатеринбурге.

150 тыс. руб. за 1 кв. метр в среднем стоит реконструкция памятника архитектуры. То есть в здание 100 кв. м нужно будет вложить минимум 150 млн руб., — подчеркнул Николай Савин.

Рустам Галямов обратил внимание присутствующих на объекты, которые очень много лет не могут найти инвестора.

Гостиницу «Мадрид» сколько раз продавали? Три. Желающих что-то сделать с ней —огромное количество. Но когда они начинают вникать и получают отказ приспособить это шикарное здание для каких-то нужд после реставрации, естественно, желание  у них пропадает, — отметил он.

Месяцем ранее мы писали про Белую башню — это объект культурного наследия на Уралмаше. Мэрия уже давно ищет для нее девелоперов, но то желающих нет, то желающим отказывают.

Мы несколько раз обращались, в том числе, кажется, в ДОМ.РФ с предложением восстановить объект, но, к сожалению, ответа так и не получили, — заявил Валерий Малышев, основатель «Ривьера Инвест Екатеринбург». 

Наряду с этими объектами вспоминаются памятники деревянного зодчества на улице Большакова. Один из домов сгорел в 1996 г., но во всех реестрах он остался, как и его охранная зона, поэтому построить там ничего нельзя. Рустам Галямов отметил, что вопрос с Минкультом не решается, потому что за утраченный памятник никто не сел в тюрьму: такая вот коллизия.

Юлия Бердюгина, член общественного совета при управлении госохраны ОКН Свердловской области, согласилась, что законодательство в этой области коллизионное: с одной стороны, есть послабления, с другой — контроль все же усиливается.  

Мы видим с вами законопроекты, которые направлены на упрощение сохранения памятников. Например, с марта 2027 г. отменяется архитектурная экспертиза на проектную документацию. Но при этом усиливается контрольно-ревизионный надзор за выполнением работ, получением задания, дополнительными условиями, что, возможно, опять же влияет на длительность сроков окупаемости инвестиций, — отметила она.

При этом она подчеркнула, что, начиная с 2014 г., законодательство только ужесточалось, и благодаря этому, например, сейчас уже не может повториться история с «Пассажем».

Напомним, «Пассаж», ныне торговый центр, а изначально — здание товарной биржи в Екатеринбурге, был построен в первой четверти XX в. по проекту архитектора Константина Бабыкина и считался памятником архитектуры. Изначально под охрану попали фундамент, стены, лестницы — почти все здание, кроме поздних пристроев. Однако в 2011 г. вышел приказ, который сузил предмет охраны до отдельных фрагментов декоративного оформления фасадов и интерьеров. В итоге внешний вид памятника существенно изменился. Подробнее в материале DK.RU: «Пассаж»: эволюция и революция. Вековая хроника жизни здания.

Говоря о памятниках, эксперты также отметили, что реставрация каждого из них — это уникальная и непредсказуемая история. И еще одна коллизия заключается в том, что оспорить историческую ценность памятника, хотя он уже разрушен и давно заброшен, практически невозможно.  

Ты покупаешь памятник, и у тебя либо все идет как по маслу, либо ты получаешь билет в суд на много лет. Мы ничего не можем сделать с памятником, если он является ОКН, хотя его историческая ценность спорна. Мы, например, годами пытаемся вывести из реестра памятников склад оружия. И берем памятники на реконструкцию, если это возможно. Но я никому бы сейчас не советовал этим заниматься. Нет такого понятия как окупаемость в ОКН, есть ее отсутствие в принципе. Можно говорить о капитализации, но не об окупаемости, — подчеркнул Валерий Малышев.

Дмитрий Сарапулов, генеральный директор компании «Стройинвест», согласен с этим: 

Реставрация ОКН — это часто не совсем бизнес. Это некий портал из прошлого в будущее, история, которая может заинтересовать. Однако это может быть экономически выгодно, когда в памятнике архитектуры сохраняется только стена, все остальное достраивается заново. Также я согласен с историей, что дом не должен причисляться к историческим объектам только потому, что в нем когда-то переночевал кто-то из известных людей своего времени.

Дарья Дергунова, директор по градостроительной деятельности группы «Самолет», отметила, что даже крупные девелоперы редко решаются заниматься восстановлением ОКН. Но в России раскручивается такая история, как ревитализация ОКН в рамках комплексного развития территории (КРТ).

Так, в Улан-Удэ реализуется проект КРТ центральной исторической части города, в рамках которого проводится реставрация 13 объектов культурного наследия.

В Кронштадте в рамках одного КРТ отреставрировали 14 памятников истории и архитектуры.

В Нижнем Новгороде реализуется проект КРТ на Черниговской набережной, где расположено пять памятников архитектуры. 

Напомним, что в 2026 г. в Екатеринбурге начали рассматривать пилотный проект КРТ для усадьбы Рязанова. Планировалось поднять здание до уровня дороги, отреставрировать и открыть в нем общественное пространство. Однако собственники квартир в усадьбе пока отказались от участия в проекте, опасаясь переселения.

Фотографии в тексте: пресс-служба форума.

Читайте также на DK.RU: В Екатеринбурге реконструируют здание, где располагался штаб Уральского танкового корпуса