Меню

Олег Кузин: «Привычку к свободе надо вырабатывать»

Иллюстрация: Личный архив Олега Кузина

«Масса людей оказалась в шоке. Вроде, та свобода, о которой они хотели, наступила, а что с ней делать? Непросто себе сказать: я хочу встать с постели и поработать. Кровать-то — вот она, рядом».

Самоизоляция будто разделила жизнь людей на до и после. Одни словно впали в ступор, другие активно используют это время для всех отложенных дел, усиленно занимаются спортом, саморазвитием, пекут пироги и занимаются с детьми. И показывают все это в соцсетях.

О том, как не впасть в депрессию, наблюдая за чужим успехом, как выстроить отношения с дистанционным обучением детей и не развестись в период карантина, DK.RU поговорил с Олегом Кузиным, врачом-психотерапевтом, заведующим отделением в клинике неврозов «Сосновый бор». 

Когда мы видим чей-то успех, важно понять, чьими критериями оценки своей собственной  жизни мы пользуемся. Вы не сделали столько же, сколько другие? Или столько, сколько нужно вам самому? Человек сам определяет свои цели. И какая разница, насколько мы не продвинулись к чужой цели.

Даже отдохнуть — это тоже цель. Может, человек все время работал, не мог позволить себе отдохнуть, заняться собой, и в этом плане он сейчас оказался продуктивным — смог отдохнуть. У него была именно такая цель. Сравнивать себя с другими некорректно. У нас же не соревнование. У нас есть наша жизнь и наша ответственность перед собой.

Другой вопрос — если человек понимает, что у него, допустим, есть цель продвинуться в знаниях за время карантина. У него есть сила, которая говорит «давай-давай, двигайся к своей цели». Но он этого не делает. Что его останавливает? Тогда это — проблема, с которой надо разбираться.

Есть какие-то механизмы, чтобы человеку самому в этом разобраться?

— Очень часто люди встают на сторону лишь одной из своих потребностей. Чтобы понять, что тебя останавливает от активных действий, нужно услышать свою вторую психологическую сторону. Условно, есть цель развития — цель социально приемлемая, ею можно погордиться, показывать, хвастаться. А другая сторона человека, которую он сам от себя прячет и подавляет, может иметь другую цель и сопротивляется первой. Нужно очень корректно отнестись к своему сопротивлению улучшениям и услышать это «но». Можно даже попытаться себя спровоцировать — чтобы понять, какой внутренний протест мешает мне встать и начать делать, какие мысли у меня при этом возникают. И только услышав этот протест, можно понять, как с ним работать. Универсального способа преодоления всех внутренних протестов разом нет.   

Могу предположить, что человек находится в недоумении — ситуация сейчас непривычная, и он просто не знает, что делать: сидит в шоке. Бывает другой вариант.

Масса людей являются наемными работниками. У них есть привычка вставать утром, идти на работу. У многих людей есть впечатление, что они все это делают не ради себя, а ради работодателя. Таким образом, они оказываются организованы только внешне: все их достижения происходили за счет того, что их побуждало руководство и внешняя среда. А когда человек оказался дома, довлеющей организующей силы раз — и не стало.

Появилась свобода. И человек обнаружил, что сам себя организовать не может. И когда нет обязанности ради кого-то что-то делать, он ничего и не делает.

Например, так происходит с некоторыми школьниками. Вроде все было нормально, пока они ходили в школу, а на удаленном обучении вдруг оказалось, не справляются с заданиями. Хотя времени стало больше — оно не тратится на сборы, передвижения и можно в своем ритме изучить предмет и делать все эффективнее. Но нет. Ребенок может весь день проиграть в компьютерные игры вместо занятий, если остается без контроля мамы с папой. И родители удивляются, почему так происходит. А ребенок не научился сам себя контролировать и мотивировать.

То же дистанционное обучение стало стрессом и для родителей. Как им в такой ситуации с ума не сойти?

— Вопросы относительно онлайн-обучения есть у всех. Сложности есть и у учителей —  для них это тоже новые технологии, к которым трудно адаптироваться. Плюс работа переехала к ним домой. У родителей возникает ощущение, что раз учитель не ходит на работу, он халявит. Начинаются нападки. Как учитель может доказать обратное? Назначить ученикам много работы.

Добавьте сюда тот факт, что не все дети дисциплинированы, и на них в этом плане большее влияние оказывает учитель, а родитель не может посадить за уроки и сфокусировать на обучении.

При этом есть родители, которые очень переживают за отметки. Это бывает связано с тем, что родитель психологически не отделил от себя ребенка. Если оценки сильно тревожат, что родителя, что учителя — скорее всего, они воспринимают это на свой счет: «значит, я плохой». Испытывая чувство вины, своей «плохости», у человека возникает тревога, и как следствие — агрессия. Чтобы с этим справиться, надо понять, что мои успехи — это мои успехи, успехи ребенка — это успехи ребенка. Надо осознать, за что мы боремся — за оценки или за знания и развитие ребенка?

Если мы так переживаем и начинаем на ребенка орать, мы вводим его в состояние ступора. Помимо задания он в этот момент тоже слышит: «ты — плохой».

Для ребенка слышать такое от взрослого, которому он доверяет и от которого полностью зависит, все равно, что угроза уничтожения. У него в этот момент, что называется, просыпается мозг рептилии, который решает только одну задачу: как выжить. А единственный шанс выжить в такой ситуации — мнимая смерть. Ребенок молчит, хлопает глазами и ничего не может сделать.

>>> Читайте также: «Бей или беги». Как не сойти с ума от неопределенности? Инструкция от Олега Кузина

Надо понять, что мы в процессе обучения ребенка выполняем лишь вспомогательную функцию. Это его контакт с внешним миром, ему и дальше в жизни предстоит сталкиваться с большим объемом заданий. И наша задача — научить ребенка более рационально использовать свои силы и время. Некоторые оказались к этому не готовы.

Важный вопрос, который вы затронули — свобода. О ней так много говорится, но получается, что многим нужна не она, а прямое руководство?

— Особенно в нашей стране так сложилось, что некоторые люди с детства свободы не имели. Родители делали с ними уроки, их заставляли ходить в секции. У части людей свободы нет на уровне привычки, поэтому они оказываются в шоке. Вроде, та свобода, которую они хотели, наступила, а что с ней делать? Вроде бы они когда-то мечтали, что уволятся с найма и станут предпринимателями. И вдруг оказывается, что это сложно. Непросто себе сказать: я хочу сейчас встать с постели и поработать. Или даже сделать физические упражнения. Кровать-то — вот она, рядом. И выясняется, что у них нет такой привычки. Но ее просто надо вырабатывать. Эта ситуация волей-неволей заставляет людей быть более самоорганизованными. Это очень хорошо.

«Ищите новый путь»

Ситуация с коронавирусом привела к тому, что «Сосновый бор» стал работать в онлайн-режиме и консультировать горожан. У людей, у которых есть бизнес, говорит Олег Кузин, помимо характерных тревог, появились новые вопросы. 

— В марте еще были характерные тревоги. Сейчас поднимаются темы из-за ситуации с коронавирусом. К примеру, у партнеров в бизнесе разные представления об этой инфекции. Один говорит: «Нам надо самоизолироваться и на удаленку переходить!». А второй этого категорически не приемлет и называет первого трусом. У людей в этой ситуации есть тревоги, как такие взаимоотношения повлияют на бизнес. Осадок от таких разногласий может остаться.

Что вы советуете?

— В такой ситуации я порекомендовал человеку поговорить с партнером. И обратил внимание на такой момент, что они всегда были разными: один более осторожен, второй — более рискован. И в таком тандеме они бизнес и строили. Если бы действовали поодиночке, то рискованный начинал бы проекты, которые могли провалиться, а осторожный вообще бы их не начинал. И в нынешней ситуации механизм их взаимодействия не изменился. Часть рисков они принимали, а от части себя ограждали. Они поговорили, и напряжение снялось.

При этом же еще возникают разногласия внутри семей — люди стали проводить больше времени вместе. Как не развестись в период карантина, или это, может быть, хороший способ задуматься о том, что происходит в семье?

— Пока мы были на работе, мы не замечали, что у нас есть какие-то недоговоренности. Утрируя, как мусор в ведро складывать, а сейчас все этот мусор каждый день складывают, и разница в подходах стала очевидна. За счет того, что мы стали ближе, мы стали видеть разницу в принципах. И кто-то, к сожалению, эту разницу не принимает.

Говорят, что любовь сильнее на расстоянии — это позволяет пофантазировать и наделить образ человека своими представлениями. А тут ты видишь его таким, какой он есть. И это может не совпадать с твоими ожиданиями. Неприятие различий может побуждать к тому, чтобы отдалиться, развестись, разъехаться.

Но я не рекомендую торопиться. Может оказаться, что ваш партнер делал в вашей жизни очень многое, что было незаметно, так как воспринималось как само собой разумеющееся. И потерять это будет неожиданно больно. 

К вам с такими вопросами больше обращаться стали?

— Обращаются. Тема звучит, но я не сказал бы, что чаще.

В целом тревожность у людей нарастает?

— Конечно, люди оказались зажаты между двух огней. С одной стороны, это угроза здоровью со стороны инфекции, с другой — экономические причины: снижение доходов, которое может для многих оказаться критичным.

Я столкнулся с тем, что некоторые люди стали впадать в ступор после того, как их планы не реализовались. К примеру, были планы арендовать квартиру, разъехаться с родителями, а тут раз — и самоизоляция, запреты. И человек воспринимает ситуацию так, будто его планам больше не суждено сбыться. И даже не удосужится подумать, как ту же квартиру искать и смотреть по-другому. Есть привычный образ действий: приехать, посмотреть. Но ее же можно посмотреть и удаленно. Ты можешь быть в этом процессе, а не отменять его в своей голове.

Представьте: мы наметили поездку на автомобиле, а дорогу, по которой хотели ехать — перекопали. Мы встали и стоим, ждем, что старую дорогу восстановят. А надо искать новый Путь!