Меню

Банкира Заводова подозревают в захвате завода

Свердловское УФСБ начало проверку по деятельности председателя правления Уралтрансбанка Валерия Заводова и его команды. Повод – захват небольшого, но достойного завода.

 
Его владелица только в налоговой узнала, что осталась без предприятия, его переписали на водителя банковского гаража. Добиться правды в суде не удалось – в бой вступил Заводов, лично требовавший отзыва иска и угрожавший женщине-бизнесмену. Сегодня от завода почти ничего не осталось – там стоит побывать, чтобы увидеть, как можно за считанные месяцы убить предприятие.
 
Валерия Заводова подозревают в рейдерском захвате предприятия, проведенном далеко не в интересах акционеров Уралтрансбанка. «Происходящее больше похоже на решение Заводова лично обогатиться», - говорит Татьяна Артеменко, еще недавно единственный владелец Нижнетагильского завода промвентиляции. Мы беседуем с ней в одноэтажном административном здании, спрятанном в глубине тагильских улиц, среди гаражей и промобъектов. Назвать мою собеседницу спокойной не могу, да и она сама себя не относит к таким людям: после захвата ее завода, после угроз «добрые люди» обеспечили ей круглосуточную охрану. «В любой момент могу вызвать», - рассказывает Артеменко, но не хвастается – ей такое внимание явно неприятно.
 
Еще прошлым летом она владела заводом промвентиляции, стоящим по дороге на НТМКшный коксохим. «Перспективы были хорошими, только кризис подпортил ситуацию, - вспоминает моя собеседница. – Была наработана клиентская база, и мы должны были вот-вот рвануть вперед». В августе 2010-го Татьяна Артеменко вдруг узнает, что больше предприятием не владеет. «Я сделала запрос в налоговую, и мне сообщили, что я к заводу не имею никакого отношения. Якобы 11 марта прошло собрание участников ООО, и я приняла в состав общества нового участника – ООО «Уралмонтаж», а потом отдала свою долю этой компании, - пересказывает неприятную для себя историю тагильчанка. – А 30-м июля датировано первое решение «Уралмонтажа» о замене генерального директора. Был Евсюков, стал какой-то Окунев».
 
Растерянность и удивление – эти слова использует Артеменко, когда описывает свои эмоции прошлого лета. В письме в УФСБ Свердловской области она указывает: «11.03.2010 г. никакого собрания участников НТЗП не проводилось, мною протокола собрания не подписывалось. С представителями ООО «Уралмонтаж» я никогда не встречалась, переговоров не вела, в состав учредителей не принимала. Я никогда не подавала заявлений о выходе из состава участников ООО «НТЗП». Подпись на протоколе от 11.03.2010 г. от моего имени выполнена неизвестным лицом с подражанием моей подписи. Считаю, что у меня совершено хищение предприятия. Рыночную стоимость я оцениваю в размере более 25 млн рублей».
 
Кто же оказался владельцем таинственного «Уралмонтажа»? Татьяна Артеменко выяснила, что учредитель ООО некий Чураков – работник автогаража Уралтрансбанка в Екатеринбурге. Дальнейшее развитие событий показало, что Чураков – всего лишь пешка; завод стал интересен совсем другим людям.
 
23 сентября Артеменко подала иск в свердловский арбитраж, добиваясь отмены сделок по краже у нее предприятия. И меньше чем через месяц поняла, что ее оппонент могущественнее, чем работник автогаража. От работы по сопровождению иска неожиданно в связи с угрозами и грабежом отказалась юридическая компания «ГПБ Консалтинг», а директор Лайского комбикормового завода, где героиня также работала главным бухгалтером, вскоре уволил ее. «Заместитель председателя правления Уралтрансбанка Александровская В.Г., которая на тот момент, как я поняла, исполняла обязанности директора Нижнетагильского филиала банка, в присутствии генерального директора ЛКЗ, заместителя генерального директора и других лиц высказала руководителям ЛКЗ недовольство мной как человеком, который осмелился судиться с банком. На следующий день Александровская В.Г. позвонила заместителю генерального директора с требованием уволить меня», - указала в своем заявлении пострадавшая. Там же она объясняет, почему Александровская позволила себе такое поведение – Лайский комбикормовый кредитовался в Уралтрансбанке.
 
Кредит в этом банке был и у завода промвентиляции. Татьяна Артеменко рассказывает, что купила предприятие, когда оно уже имело кредит УТБ. И все его условия выполнялись: в кризис было подписано соглашение о реструктуризации задолженности. «Возможно, захватывая завод, банк хотел подстраховаться, но то, что делается сейчас, создает впечатление, что предприятие по-быстрому растаскивают, как будто это специальная акция правления банка», - делится своими впечатлениями тагильская бизнес-леди. Свое нынешнее положение она описывает словом «бессилие», а о заводе вообще говорит в прошедшем времени, рассказывая, как за последние полгода из цехов вывезли технику, перерубили кабели и разбивают некогда единый имущественный комплекс на много мелких. Готовят к продаже.
 
Выиграть процесс в арбитраже, кстати, так и не удалось: «11 ноября 2010 года вместе с Александровской В.Г. на служебной машине банка мы прибыли в головной офис для беседы с Заводовым В.Г. Мы общались с ним один на один. Заводов В.Г., повышая на меня голос, в грубой форме потребовал отозвать исковое заявление и больше никогда не претендовать на НТЗП, он запугал меня судами и следствием – «если не подчинишься, с тобой будут разбираться через следствие и суд». От неожиданности на грубые высказывания Заводова В.Г. я не смогла ничего ответить и сидела молча. Немного подождав, Заводов В.Г. сказал, что ему больше со мной не о чем разговаривать и чтобы я вышла из его кабинета».
 
Валентина Александровская оказалась не готова комментировать произошедшее. В беседе с журналистом она выразила уверенность в неинтересности данной истории и попросила дать несколько дней на формулирование позиции. В назначенное время телефон зампреда правления Уралтрансбанка не отвечал.
 
Свой иск Татьяна Артеменко отозвала и потеряла право требования отмены сделки. «Сейчас понимаю, как глупо поступила, но в тот момент у меня не было никакой юридической защиты, - объясняет она. – Теперь подала заявление в ФСБ, проверку начал ОБЭП – там же поддельные подписи. Надеюсь, хотя бы так смогу добиться правды». Помогут ли? «Я наивная, верю всем», - говорит Артеменко.