Меню

«Тело не слушается, борешься с собственным мозгом». Зачем бизнесмены испытывают себя

Павел Лебедев, гора Ама-Даблан. Иллюстрация: Личный архив Павла Лебедева

«В агрессивной среде дикой природы есть только одна задача — выжить. Все остальное отходит на второй план. И ты понимаешь ничтожность тех вещей, которые раньше считал очень важными» — Павел Лебедев.

До 2014 г. Павел Лебедев занимался оптовыми и розничными продажами допоборудования для автомобилей. Бизнес шел хорошо: работали напрямую с заводами и закупали у зарубежных и отечественных производителей фаркопы, защиту картера, навесное оборудование, коврики, автоэлектронику — все то, что автосалоны предлагают установить на новый автомобиль. В хорошие времена это была стабильная и прибыльная ниша. 

К тому времени Павел «заболел» заснеженными Гималаями и планировал отправиться в очередной горный поход. Деньги, правда, первый и единственный раз пришлось собирать всем миром — отряд из шести альпинистов сократился до троицы самых стойких и отчаянных, что сразу же привело к росту затрат и ставило само восхождение под вопрос. Павел бросил клич в Facebook — недостающие 3 тыс. долларов собрали, а фото всех, кто помог, разместили на флаге, который потом развернули на высоте 6,8 тыс. м. То восхождение стало для Павла одним из самых сложных и судьбоносных. Возвращение в Екатеринбург тоже было непростым: до отъезда доллар стоил 38 руб., а после — 80. Возник конфликт с Украиной. Цены на продукцию зарубежных производителей выросли в два раза, а автомобильный рынок упал почти на столько же. 

Читайте также на DK.RU: История производственной компании «Koffer»

Сейчас Павел, шутя, рассказывает, что после гор его несет вперед «с горящими глазами». В 2014 г. этот эффект привел к тому, что он повернул ситуацию себе в плюс — стал выпускать автобоксы и автоэлектронику под собственным брендом Koffer и по программе Private Label под марками других российских и иностранных компаний. А спустя четыре года исполнил еще одну свою мечту — развернул тот же флаг на высоте 5,3 тыс. м со своим 13-летним сыном. 

DK.RU владелец компании Koffer рассказал, как горы проверяли его на прочность, что пережил его сын-подросток, когда они без проводников поднимались на высоту в 5 тыс. м и почему не стоит идти в горы вдвоем с ребенком.

Павел Лебедев, компания Koffer:

— Я спросил у сына, когда мы взошли на вершину: «Ты рад?». «Нет. Зачем мы сюда пришли?». На тот момент он настолько устал, что не мог восхищаться открывшимися видами. На меня же нахлынули воспоминания. Я увидел вершину Ама-Даблан, судьбоносной горы в моей альпинистской судьбе. В 2014 г. мы с командой совершили на нее тяжелое восхождение. Во время первой попытки штурма из высотного лагеря погода внезапно изменилась: снег стеной, гром и молния. Столь жуткое зрелище я наблюдал впервые. Потом выяснилось, что в этот же день, поблизости, на популярном трекинговом маршруте погибли порядка 40 человек. Начавшийся снег не позволил нескольким десяткам туристов попасть из одной деревни в другую, и они замерзли.

Зона смерти

— Горы ошибок не прощают. Когда туристы рвутся достичь вершины даже при неблагоприятных условиях, местные проводники говорят: мы не понимаем, зачем вам это нужно. Горы стояли, стоят и будут стоять миллионы лет. Вы можете приехать в следующем году. 

И я таким был — хотел подняться любой ценой. Не понимая, что это может стоить жизни. И не только твоей, а тех, кто тебя окружает. Если вы идете в связке, ты можешь утянуть остальных. А люди, которые остаются на ногах, должны будут тебя как-то спускать. Я знаю — это очень тяжело. Надо уметь вовремя сказать «стоп».

Восхождение на Ама-Даблан было для Павла одним из самых тяжелых из-за резко изменившейся погоды

У меня в горах возникает звериное, шестое чувство — я знаю, что произойдет через несколько секунд. Мне сложно объяснить, как я это ощущаю, но я знаю, куда мне в следующий момент поставить ногу, как протянуть руку, чтобы со мной не произошло ничего плохого. В горах человек сливается с природой и становится, по сути, зверем. В хорошем смысле этого слова.

Высота больше 7 тыс. м у альпинистов неслучайно называется «зоной смерти». Есть негласное правило: на этой высоте ты можешь никому не помогать. Человек два раза в жизни делает что-то самостоятельно: рождается и умирает. И в этом плане горы очень жестоки. Есть у тебя жажда выжить — ты выберешься. 

Нужно отдавать себе отчет, что это дикая природа. Здесь нет медицинской службы, которая мгновенно придет на помощь. Рассчитывать в идеале можно на товарища, который идет рядом, но лучше — только на себя. В агрессивной среде у тебя есть только одна задача — выжить. Это основной инстинкт человека. Все остальное отходит на второй план. И ты понимаешь ничтожность тех вещей, которые раньше считал очень важными, получаешь возможность пообщаться с самим собой и достигаешь состояния спокойствия. 

Попробуй взойти

— Я профессионально альпинизмом никогда не занимался. Более того, у меня не было опыта трекинга и походов. Я очень редко куда-то выезжал, но горы меня привлекали всегда. Это красота, сила и очень понятный символ вызова — попробуй взойти. Готов ли ты, хватит ли тебе сил. Внутреннее желание подняться на вершину было во мне всегда. 

Аэропорт имени Тенцинга и Хиллари в Лукле (отправная точка для альпинистов в Непале) входит в список самых опасных аэропортов мира — его ВВП расположена под уклоном в 12% на отметке 2860 м над уровнем моря

Исполнить свою мечту и зайти на вершину я смог в 2012 г. Задумал тогда поехать в Непал и подняться на высоту 6 200 м — на гору Айленд-пик в национальном парке Сагарматха в Гималаях. На территории этого парка находятся высочайшие вершины мира — Сагарматха (другие названия Джомолунгма или Эверест — 8,8 тыс. м), Лхоцзе (8,5 тыс. м), Чо-Ойю (8,2 тыс. м), Нуптце (7,8 тыс. м), Пумори (7,1 тыс. м), Тамсерку (6,8 тыс. м) и Ама-Даблан (6,8 тыс. м), на которую я поднялся через несколько лет. 

Вид из высотного лагеря на горе Ама-Даблан

В компании, куда я тогда обратился для организации восхождения, меня спросили, есть ли у меня опыт. А узнав, что его нет, предложили пересмотреть мои намерения и выбрать гору поменьше. Я не согласился. Айленд-пик. Гималаи. Это веяло приключениями из детства, и мне очень хотелось туда попасть. Я понимал, что это то самое место, где у меня получится отдохнуть, получить новые впечатления, увидеть совершенно других людей. 

На одном из переходов я спросил местного проводника, который сопровождал нашу группу, получится ли у меня взойти. Он скептически ответил: «Я надеюсь». А что не так? «Ты очень высокий». Действительно, высоким людям сложнее переносить высоту, но меня это обошло стороной. Я ни разу не испытывал проявлений горной болезни. Хотя некие странные ощущения раздвоенности личности присутствовали.

Когда попадаешь на высоту, меняется уровень давления, мозг получает меньше кислорода, и возникают легкие галлюцинации — звуковые и зрительные. Это очень необычно. Столкновение с такой действительностью и с вполне естественными природными проявлениями удивило меня. Как и природа — пример того, в каких неожиданных местах может жить человек. На высоте 5 тыс. м — ни одного зеленого листочка. Все в серо-бело-черных тонах. И ярко-голубое небо — очень красиво. Там постоянно живут люди, и это удивительно. Первое поселение шерпов, коренного народа Гималаев, существует с 16 века — что их заставило туда прийти и выбрать именно этот суровый край — непонятно. 

Чтобы взойти на 6-7 тыс. м, необходимо пройти подготовку на месте — постепенно набирать и сбрасывать высоту. Это позволяет организму адаптироваться. Если резко набрать высоту, велика вероятность встречи с горной болезнью. Это очень неприятное состояние, крайние степени которого приводят к гибели от отека мозга, легких вследствие недостатка кислорода. 

Моя первая поездка заняла три недели. Две недели я готовил свой организм, чтобы потратить порядка восьми часов на финальный подъем и часа четыре на обратный путь.

Обмани, если сможешь

Самое тяжелое — финальный штурм. Как правило, он начинается в час-два ночи. Днем происходит перемена погоды. Солнце нагревает почву и снег, появляются облака, и в районе 11-12 часов дня на высоте 6 тыс. м будто включается вентилятор — дует очень сильный ветер. Надо успеть зайти именно до смены погоды и спуститься до заката.

Сложность подъема не в физике — надо просто переставлять ноги. Это эмоционально тяжело. Кажется, что вершина близка, а альтиметр показывает, что до нее еще идти и идти. Хочется верить глазам, которые говорят: вот финальный гребень, ты сейчас до него дойдешь и сможешь спуститься вниз. Доходишь, а впереди — необъятный склон. Твой мозг повторяет те же самые кульбиты еще несколько раз и говорит тебе: хорошо, я был не прав, но вот еще один гребень — и все! Мозг и тело отказываются верить показаниям приборов. 

Это очень жизненная ситуация. В бизнесе так тоже часто бывает. Думаешь: сейчас вот это доделаю, еще немного усилий и можно наслаждаться результатом. Поворачиваешь за угол, и понимаешь: чтобы достичь цели, нужно приложить еще больше усилий. В этом смысле горы учат спокойному восприятию. Тебе надо пройти еще пару километров. Да, ты устал, но ты ведь приехал сюда именно за этим? Ты хочешь взойти на вершину. В таких ситуациях, как мантру, я повторяю: надо просто передвигать ноги. 

Сначала ты несколько часов в напряжении поднимаешься, а потом расслабленный спускаешься вниз. Но ощущения те же самые — ты уже видишь лагерь внизу, а идти до него еще несколько часов. И основная масса несчастных случаев происходит именно на спуске, когда человек находится в состоянии эйфории. Тело отказывается двигаться, приходится бороться с собственным мозгом, который тебе постоянно говорит: «Отдохни, все закончилось». На самом деле, ничего не закончилось — тот же самый путь нужно пройти в обратном направлении. 

Главная ошибка

У меня была мечта — поехать в горы с сыном и показать ему то, что я очень люблю. После таких поездок Артем меня всегда расспрашивал, однако ни фотографии, ни рассказы не способны передать истинной сути. Но если взрослый человек идет в горы осознанно, то ребенок не понимает, зачем ему это. Да и в нежном возрасте возить детей в горы не рекомендуется — непонятно, как перепады давления и высоты отразятся на их здоровье.

Вместе с сыном мы отправились в Непал прошлой осенью. Планировали добраться до деревни Чугунг и подняться на гору Чукунг-Ри высотой 5,5 тыс. м. 

Моя главная ошибка, которая мне теперь очевидна — поехать только вдвоем. Пару раз мы сбивались с пути, и нам приходилось заниматься легким скалолазанием. У каждого из нас за плечами был рюкзак весом 15 кг. Когда Артем очень устал, все вещи висели на мне, и случись что со мной, что делал бы мальчик 13-ти лет посреди горной территории? Сейчас я понимаю, что риск был высок. Туристов на тропе много, но, как правило, это иностранцы, и возник бы языковой барьер.

В процессе передвижения встречаются армейские посты, где ты регистрируешься и на обратном пути снимаешь регистрацию. Но если ты идешь не в составе группы, они не заморачиваются уточнением вашего маршрута, работают максимум до 16-17 часов, прошел позже — они тебя не заметили. Периодически люди в горах пропадают. Сейчас я понимаю, что в любом походе на одного ребенка нужно минимум двое взрослых.

Мы шли без проводников. Для меня это был известный маршрут — был там два раза. 

Проторенные тропы и знакомый регион позволили планировать путешествие самостоятельно 

Но я не учел, что сын недостаточно подготовлен физически. Артем ходит в школьный футбольный кружок, часто перемещается по городу пешком, но серьезной физической подготовки у него нет. Мой сын обожает петь: входит в состав хора Свердловской детской филармонии, но красивый голос, и абсолютный слух не могли помочь в ситуации, в которую он попал — она оказалась для него совершенно непривычна. Ему помогли его упорство и наше абсолютное взаимное доверие друг другу. 

В большей степени я подстраивал маршрут под себя — я понял это уже на месте, хотя пытался учесть и его скорость движения. Получилось, что шли мы гораздо медленнее, чем я планировал — по 10-12 часов в день. Это очень долго.

Попадали в три ночных перехода, когда идешь в полной темноте и перед тобой только светлое пятно фонарика — однообразная картинка кусочка каменистой дороги на протяжении двух-трех часов. Для меня это всегда психологически тяжело, а сын, наоборот, был бодрым — поддерживал меня. Возможно, для него сам факт неизвестности того, куда мы идем, действовал успокаивающе — мир в горах ночью становится плоским. Иногда вид высокой горы или крутой тропы перед тобой угнетают, в темноте этого не видно. Я же не чувствовал себя спокойно: понимал, что если мы не дойдем до ближайшей деревни, нас ждет холодная ночевка в горах.

Эти мосты можно увидеть в фильме «Эверест»

Неожиданная помощь

В процессе этого похода я ловил себя на мысли, что мы взаимодействуем не как сын и отец, а как полноправные партнеры. В сложных ситуациях мы принимали совместные решения о дальнейших действиях. Это очень хороший опыт взаимодействия с ребенком.

Для меня стало открытием, что 13-летний пацан действует как совершенно взрослый человек. Может быть, потому что я сам так к нему начал относиться. А может, попав в сложную ситуацию, он в какой-то момент перестал быть ребенком и стал вести себя как самостоятельная, взрослая личность.

На высоте 3,2 тыс. м на подходе к столице шерпов — Намче Базар становится виден Эверест

Во время спуска с горы село солнце. На штурм мы вышли поздно и поднимались долго — Артему было тяжело. Через полчаса наступила непроглядная темнота. Мы надеваем фонарики, и я понимаю, что не знаю, как спускаться вниз — были там первый раз и путь, честно говоря, я не запомнил. Опасности не было — мы могли спуститься, но гораздо дольше.

Пока размышляли, в какую сторону идти, рядом с нами появилась абсолютно черная собака, они там дикие и к людям не подходят. Эта же подошла, вильнула хвостом, сделала несколько шагов и снова обернулась.

Мы посмотрели друг на друга, и Артем сказал: «Пап, мне кажется, она нас ведет». Это было похоже на правду, и мы пошли за ней. Собака помогла найти нам короткую дорогу к деревне, дожидалась на каждом повороте, не уходила далеко, поворачивалась чтобы убедиться — мы рядом. Как только мы вышли на центральную улицу деревни, она тут же исчезла. Встретили ее только на следующий день — она проводила нас до следующей деревни и снова исчезла.

Иногда жизнь подкидывает такие сюрпризы: кажется, что ты попал в тупик, и помощи ждать неоткуда, а она совершенно неожиданно приходит в виде вот такой черной собаки.

Переломный момент

«Пап, я не могу идти дальше, мне очень плохо», — сказал Артем в день, когда мы проснулись и планировали выходить в деревню Чукунг и подняться на высоту 5,5 тыс. м. Я понял, что у него начинается горная болезнь. Явные ее проявления в легкой форме уже можно было увидеть на его лице. Обычно в этой ситуации люди спускаются вниз. Мы находились на высоте 4 тыс. м и планировали дойти в этот день до 5 тыс. м. Непонятно, как его организм отреагировал бы на такую высоту, но риск обострения болезни был велик. 

В раздумьях я увидел плакат, что деревня Пангбоче, в которой мы находились — одно из старейших поселений шерпов, рядом находится священная гора Табоче, на которую подниматься нельзя. Но у нее есть две вершины: западная (5 тыс. м) и восточная (5, 3 тыс. м). И у меня возникла идея.

Я предложил сыну отдохнуть полтора часа, после оценить его состояние, и если он будет готов, подняться на восточную «Но это же ниже, чем мы планировали?», — ответил он. «Да, но в противном случае, есть вероятность, что мы вообще никуда не дойдем, твое состояние ухудшится, и тебя отсюда будут эвакуировать». Через полтора часа мы приняли решение идти на Гору, и на пределе времени дошли до западной вершины Табоче, по дороге изменив маршрут — вышли слишком поздно.

Никаких истерик или слез у Артема не было — сосредоточен, терпелив… Совсем взрослый человек. 

«Дошли?» — он стоял у флажков на вершине и после того, как я кивнул, сел, уперевшись в камень. Удачный штурм, даже самый тяжелый добавляет сил, открывается второе дыхание, радость от того, что получилось зайти, переполняет, а от фантастических видов вокруг перехватывает дыхание. На горе мы пробыли не более получаса и еще несколько часов спускались вниз к деревне, где оказались к семи вечера.

На спуске я рассказывал Артему, что именно в такие моменты люди, испытывая эйфорию, попадают в сложные ситуации, и спуск иногда бывает сложнее подъема. «Папа, со мной этого не произойдет, потому что ни радости, ни эйфории я не испытываю — больше никогда в такие места не пойду!», — заявил сын. На что я ответил: то же самое я сказал после первой своей вершины. Посмотрим, что будет, когда мы вернемся. 

Храм-крематорий Пассапатинатх в Катманду

Сон и горячая еда сняли усталость, и на следующий день мы вернулись в столицу шерпов — Намче Базар. Еще через два дня нам повезло с погодой, и мы сели на самолет в аэропорту Лукла. Всю дорогу назад Артем был немногословен. 

В 2018 г. на вершине горы флаг с фото тех, кто когда-то помог оправиться в Гималаи Павлу, развернул уже Артем. Его фото, кстати, тоже здесь есть — Артем тогда сделал для отца кораблик, который Павел берет с собой на каждое восхождение

Уже в Катманду сын выдохнул и понял, что с ним происходило, его слова стоили того, что мы пережили вместе, и стали наградой для меня:

Папа, мне очень понравилось, огромное спасибо, что ты взял меня с собой! 

И сейчас, когда прошло время, он уже не столь категоричен в словах о следующем походе. Горы так просто не отпускают.

Правила горных походов от Павла Лебедева
  • Оставь идею одиночного путешествия. Группа минимум из троих человек — наиболее безопасный вариант. С участниками похода лучше познакомиться заранее. 
  • На маршруте двигайся в своем темпе — при активных движениях организм требует больше кислорода, а в горах его меньше.
  • Одевайся по принципу капусты. Чем выше и холоднее, тем больше слоев. В световой день не снимай очки со 100% UV защитой. Обращай внимание на защиту ног и рук — кровоток в руках и ногах снижается, можно получить обморожение. На серьезных высотах при низких температурах надо помнить: потерял перчатку — потерял руку.
  • Нож, фонарь, спички, шоколад, орехи, вода, спальник — всегда должны быть с тобой. Неси все это самостоятельно. 
  • Никакого алкоголя на маршруте, и желательно за 3-6 месяцев до похода.
  • За месяц до поездки начинай принимать комплекс витаминов. Собери аптечку: перевязочный материал, антибиотики, комплекс для лечения простуды; гипоксен, диакарб — комплекс для снижения вероятности горной болезни, антигистаминное. 
  • Если отстал от группы, сбился с дороги, заблудился — остановись. Успокойся. Попробуй определить свое местоположение. Не получилось? Остановись и жди помощи. Группа обязательно будет тебя искать.
  • Будь готов развернуться, остановить восхождение, даже если до вершины осталось несколько шагов. Горы стояли и будут стоять — зайдешь в следующем году.

Ранее мы рассказывали об увлечении альпинизмом другого уральского бизнесмена — Михаила Дэви. Как горы на год заряжают энергией — в материале DK.RU.

Фото из личного архива Павла Лебедева