Меню

Элина Сидоренко: «Надо пережить этот хайп». Что происходит с биткоином и чем все кончится?

Иллюстрация: yeltsin.ru

«Свободы не будет. Сейчас участники рынка и правительство должны думать, какой вариант зарежимливания будет оптимальным для всех». Главное, что нужно знать о криптовалюте и майнинге.

В Ельцин Центре в Екатеринбурге выступила руководитель межведомственной рабочей группы по оценкам рисков оборота криптовалюты Государственной думы ФС РФ Элина Сидоренко. Она ответила на главные вопросы о криптовалюте и майнинге и рассказала, почему за оплату покупки биткоинами могут посадить.

Криптовалюта — это вообще законно?

Когда Государственная дума уходила на каникулы летом этого года, в России ситуация относительно криптовалюты была хорошая. Был Виталий Бутерин, который заразил болезнью под названием «блокчейн» Владимира Владимировича Путина. У нас было представление, как это все может работать в рамках закона. Но после того как летом случились резкие скачки биткоина, после того, как Китай ввел запрет на ICO, мы увидели новые риски, связанные с волатильностью криптовалюты. 

Вы видите, что сейчас происходит с криптовалютой, все ее колебания. Эта ситуация вводит в транс не только Банк России, но и Народный банк Китая, и банки всех мегарегуляторов мира. Это высокорисковый инструмент, и никакое государство мира не видит сейчас для себя возможности погашать риски криптовалюты за счет собственных ресурсов. Более того, система децентрализации криптовалюты тоже обескураживает государства, которые привыкли эмитировать деньги и управлять эмиссией. То есть у нас есть некая штука, которую якобы придумал японец, которого никто не видел. И эта штука пытается управлять мегарегуляторами. Они, конечно, с этим согласиться не могут.

Что касается законов.  С одной стороны, у нас есть Япония, с другой стороны — остальной мир, в котором нет четкой регуляторики криптовалюты. Япония пошла по пути признания криптовалюты средством платежа. Европа же приходит к позиции признания криптовалюты либо товаром, либо частью коммодити (биржевого товара). И есть Америка, которая уже пошла по пути признания криптовалюты как биржевого товара. Для них это брокерская история, которая существует в параллель банкам. То есть там банки не рискуют и не используют криптовалюту, а вот на бирже брокеры абсолютно спокойно оборотом криптовалюты занимаются. 

Европарламент выступал со специальным заявлением, где отмечал, то криптовалюта может быть запущена в оборот только при одном условии — ее идентификации. Это очень серьезный звонок, который говорит нам о том, что свобода кончилась. Сейчас участники рынка и правительство должны думать, какой вариант зарежимливания будет оптимальным для всех.  Точно нужно мириться с мыслью, что прежней свободы уже не будет.

А как в России?

Пока никак, но идут обсуждения на уровне правительства. Первая позиция — цифровая валюта будет оцениваться как цифровой товар. Вторая позиция — криптовалюта должна рассматриваться в качестве цифрового актива. Скорее всего, будет второе.

В российской ментальности товар — это некое имущество, которое находится в обороте. И когда мы говорим о товаре, то возникает вопрос НДС. Мы слышали последнюю позицию Минсвязи, они выступают за НДС. Я не вижу возможности начислять сегодня НДС на криптовалюты по одной простой причине: нам крайне сложно заняться регуляторикой того, что мы попросту не можем выявить и зафиксировать. 

Сейчас, пока нет правового статуса криптовалюты, вы государству очень интересны. Но государство с вами ничего сделать не может.

Могут ли посадить за покупку криптовалюты?

Да, вполне. По сути, мы все с вами ходим под статьей. 

Например, я хочу купить биткоины. Нахожу продавца, перевожу ему $4 или 5 тыс., он дает мне один биткоин. А потом я иду и пишу заявление, что у меня обманом взяли деньги за какой-то 14-значный код. И против продавца биткоина заведут дело по факту мошенничества, потому что в рамках сегодняшнего законодательства он обманул меня, продав 14 цифр. Ведь мошенничество — это ситуация, когда вещь продана по цене значительно большей, чем она стоит. А в случае с биткоином товар не имеет ценности, то есть существенные условия сделки нарушены. И это всех пугает. 

Поэтому криптовалюту включить в закон нужно? Закон нужен для инвесторов, которые имеют крипту и хотят ее вложить в какой-то проект.

Как только появится поправка в ст. 158 ГК с одной фразой: «объектом имущественных прав является то, то, то, а также криптовалюта», то это перевернет для нас с вами мир. 

Почему закон никак не примут?

Препятствует этому само криптосообщество. Когда владельцы крипты говорят, что находятся над системой децентрализации, что власть им не нужна, что у них новая частная валюта и государство отмирает как явление — это криптоанархия. 

Когда правительство слышит это, оно ввергается в ступор и не хочет легализовать то, что продвигается под знаменем анархии.

Почему Китай запретил ICO?

Китайцы — народ очень спокойный, а национальный банк у них очень неспокойный. Народный банк запретил ICO. Эти панические опасения Китая понятны. Кто был в этой стране в последние несколько месяцев, видел: как только выезжаешь за город, тут же видишь огромные фермы, на которых установлено безумное количество майнингового оборудования.

Китай сейчас на первом месте по выдаче крипты, особенно эфира и биткоинов. И когда денег этих стало очень много, то их понесли в ICO. А Национальный банк задумался: сейчас же все это лопнет, и куда тогда все люди придут с транспарантами? Ко мне. И решил все это запретить. Все логично.

То есть ICO — это незаконно?

В том виде, в котором это существует, нет. То, что мы сейчас переживаем с ICO, это 1930-е годы в США.  Был бум на акционерные общества, люди с ума сходили. Что в итоге? 90% акционерных обществ полетело к чертям. Мы с ICO рано или поздно придем к этой же модели. Мы должны пережить этот хайп, эти сломанные жизни, эти 90% потерявших все вкладчиков. 

Ситуацию исправит регуляторика, закон. Так было и с акционерными обществами.

Заместитель министра финансов Алексей Моисеев сказал, что надо запретить продажу крипты. Что будет?

После слов Моисеева все впали в панику, даже биткоин немного растерялся и потерял в цене. Мне кажется, там в какой-то момент просто выключился микрофон. Была идея опробовать проведение торгов по криптовалюте на брокерах, которые бы хорошо поигрались с этой историей.

Идея Моисеева была в том, чтобы приравнять криптовалюту к иностранной валюте. Мы же с вами не можем участвовать в покупке валюты на бирже. Там участвует кто? Профессиональные игроки. Мы с вами можем приобретать валюту на обменных площадках, но не на официальных торгах. Так вот, идея Моисеева была именно в этом: система обмена криптовалюты продолжится, но массовый рынок закроется. 

А что с майнингом? За это могут посадить?

Этот вопрос многих волнует. Если мы посмотрим на европейский опыт, то Великобритания оценивает майнинг как модель ведения домашнего хозяйства. 

Если вы майните, то вы производите мощности и обмениваете их на сущность, которой нет в праве, о какой ответственности может идти речь? Вы попадете под внимание органов, только если майните на электричестве своего соседа.

Другой вариант — промышленный майнинг. Вы покупаете здание, оборудуете его, запускаете электричество и начинаете майнить. Здесь важно легализовать свое производство, чтобы не пришли органы проверки и не закрыли вашу деятельность. Используя российское законодательство, вы можете легко объяснить, куда вы тратите электричество и что вы в итоге получаете. Если вы в уставе напишете, что получаете криптвалюту, то вопрос от государства поступит незамедлительно. А вот если вы напишете, что ваша компания занимается производством ПО, цифровых кодов или продуктов интеллектуальной собственности, то проблем быть не должно.

Зарегистрируйте компанию, платите налоги и вот в таком виде майнинг в России на сегодняшний день может существовать. 

Как итог: промышленный майнинг возможен при правильном юридическом сопровождении, домашний майнинг тоже возможен. Вы становитесь интересны государству в тот момент, когда выходите на обменные площадки.

Можно ли что-то купить за криптовалюту?

Нет, это незаконно. У Генпрокуратуры есть закон о Центральном банке, где написано, что денежные суррогаты на территории РФ недопустимы. Кроме того, у нее есть два письма: одно от ЦБ, другое от Росфинмониторинга, где сказано, что криптовалюта — это денежный суррогат, и все операции с ней сомнительны. Как в таком случае должна прокуратура относиться к магазинчикам, которые продают мясо, молоко и женские колготки за биткоины? Конечно, закрывать их.

А можно обойти это нарушение?

В правовом вакууме есть простой способ, как избежать наказания. Не покупайте за криптовалюту. Обменивайте на криптовалюту. Обмен допустим.

На что еще можно спустить криптовалюту?

Сейчас, может, кто-то возрадуется, но мы даже взятку в криптовалюте не можем квалифицировать как взятку. Мы можем давать взятку борзыми щенками, потому что мы знаем стоимость борзых щенков, мы можем их пощупать и зафиксировать. А оценить стоимость криптовалюты мы не можем, это ветер, это набор цифр, который не имеет материальной ценности для государства.

Но не слишком обольщайтесь, Генпрокуратура может квалифицировать такую ситуацию как покушение на взятку.

Материал написан на основе выступления Элины Сидоренко в Ельцин Центре. Организатор — Уральская Блокчейн Ассоциация. Подготовила Екатерина Тарханова / DK.RU